Делай, что хочешь полностью

– Никогда не произносить «не знаю». Говорить так: «Даю показания, что никакими сведениями не располагаю». Почаще говорить «даю показания» или «даю объяснение». Помогает сосредоточиться и лишняя секунда подумать. А противнику это мешает кричать: вы что, отказываетесь давать показания?! При малейшем затруднении говорить: не понимаю вопроса. Если вопрос настолько ясен, что не понять трудно, укрывайтесь за «не помню». Ничего не уточнять, не объяснять, не предполагать. Показаться глупым и беспамятным не страшно – страшно оказаться арестованным и обвиняемым. Никаких мнений, соображений, догадок и озарений не высказывать. Индюк постоянно…

– Какой индюк?..

– Это я про себя знаменосца так прозвал. Еще и красную косынку носит галстуком. Как индюшачьи наросты на шее. Он постоянно добивается: а что вы сами думаете, кого подозреваете? Отвечать так: «Моя обязанность – говорить правду!» Можно добавлять: не имея надежных фактов, не позволяю себе строить ненадежных догадок. Он будет наседать – «разве вы ничего не замечали? тут не хочешь, да заметишь! поделитесь! скажите свое мнение! неужели не думали об этом? не верю! что вы скрываете?» И так далее. Поддаваться нельзя. Тут у вас оборона непробиваемая: мой долг – правда, а не выдумка. Он накинется: почему вы не хотите помочь? Отвечать так: очень хочу помочь, поэтому ответственно рассказываю правду. Какие бывают статусы, знаете?

– … свидетель, подозреваемый, обвиняемый… да, потерпевший…

– Теоретически так: свидетель обязан давать показания. Кстати, потерпевший тоже. Подозреваемый и обвиняемый не обязаны. Свидетель несет ответственность за ложные показания…

– А подозреваемый не несет?

– Нет. Думаю, индюк назовет статус. Требование справедливое, а он там не один. Может быть, скажет – вызвали свидетелем. Может, увильнет: «нужна ваша помощь». А может, привяжется: неужели сами не догадываетесь? Не поддаваться, не говорить «догадываюсь» или «не догадываюсь», а спокойно повторять: назовите статус. Без «прошу» и без «пожалуйста». Если же назовет, а потом все-таки спросит: догадываетесь, зачем? – отвечать так: чтобы выполнить законные обязанности свидетеля. Он может прицепиться: чему вы были свидетелем? Свидетель имеет право не давать показаний против себя и своих близких. Часто свидетелям лгут, что такое право есть только у подозреваемого и обвиняемого. Нет. У свидетеля тоже. Но вам об этом праве нужно забыть. Сослаться на него – все равно, что признать, будто для нас в этом деле есть угрозы. А мы стоим на том, что их нет. Достаточно держаться обороны «не располагаю сведениями, не помню, не понимаю вопроса». Протокол не ведется… Герти, сестричка, мы же договаривались, что вы все меня слушаете, не перебивая. Те бумажки, которые я настрочил, – ничтожные. Есть именно такая юридическая характеристика – в суде они ничего не значат. Люди своих показаний не читали и не подписывали. Там вообще ни одной подписи. Для индюка в бумажках другой смысл и очень нехороший. Земляки хотели помочь, а в результате наговорили лишнего друг на друга. Теперь эти наговоры у него в когтях. Кстати, простым карандашом. Он что угодно может подчистить и вписать. Он, конечно, вынуждал и давил, но можно было сопротивляться, а земляки щедро делились озарениями и подозрениями. До того доделились, что сестренку Герти запутали в дело. Я и сам виноват. Хотя возражал ему, но редко и мало. Меня индюк протоколистом больше не позовет. Он ведь понимает, что я тоже за ночь много чего надумал. Хотя вчера был как загипнотизированный. То ли роль писаря наводила затмение. То ли эта мысль – «речь идет о жизни человека». То ли…

– Но ведь речь и правда о жизни человека!

– Марта, я же просил не перебивать. До жизни человека тоже доберемся. А сейчас вот что. Герти несовершеннолетняя, поэтому на допрос пойдем вместе. Старый Медведь, Юджина и я как ваш адвокат. Вы всегда на вопросы отвечаете прямо. Знаете это за собой? Сосредоточьтесь и запомните, что сегодня надо отвечать не прямо, а косо. Или совсем не отвечать. Сейчас, сестренка, я сам буду индюк и допрошу тебя. А дайте-ка мне что-нибудь красное… Повяжу на шею! Смотри, зайка, не на меня, а на повязку. На все вопросы отвечай медленно, даже на простейшие. Перед каждым ответом – пауза. Индюк будет торопить – не обращай внимания. Вы давно в ополчении? Почему молчите? Из-за чего так волнуетесь?

– В ополчении с пятнадцати лет.

– Живей! Почему вы тянете? Что скрываете?

– Я обязана отвечать точно.

– Молодец, сестренка! Когда и где вы последний раз видели пропавшего?

– В воскресенье на празднике в «Крылатом псе».

– В чем он вам признался?

– … Не понимаю вопроса.

– Хватит хитрить! Чего именно не понимаете?

– Не понимаю, что это значит.