Граждане послушались. Новым руководителем выбрали Карло. Забавно, как взлетел мой авторитет. Мои бюрократы, по протоколам судя, замахивались сместить индюка после отмены первой степени опасности. Они все-таки настояли послать телеграмму лично капитану с требованием возвращаться немедленно. Одним глазом читал, другим ухом слушал. Волк, зверь, оборотень! Подумал было, что обсуждают сплетню, но вдруг оказалось, что серьезно: в одном из поисковых отрядов застрелили громаднейшего волка, который средь бела дня на людей кинулся.
Сразу вспомнил: когда заблудился, то прилег на горной полянке, словно в ботаническом саду. А бешеный волк уже рыскал. Фу, кошмар. Даже тошно стало. Но все-таки слухи о чудище растут не отсюда. Или не только…
Слишком длинный день. Кажется, оставалось много вопросов, но я, как старый Юлий, чего-то не мог сообразить. Внутренний голос нашептывал, что события кончатся ничем. Может быть, когда-нибудь через год найдут мертвое тело, но так и не поймут, чье. Или где-нибудь в столице задержат пропавшего, а он расскажет совсем простую историю, даже не криминальную. Индюка вряд ли сместят, хотя граждане-наблюдатели правы: поиск он организовать не сумел, и вызванная подмога не помогла.
Золотистый, хлебный запах дохнул из кружки. Марта принесла мне пиво и тарелку с горячей курятиной в сыре. Вся мужская часть народа возжелала пива. Наверное, чтобы лучше прочувствовать, что мы-то живые.
– Ты все еще думаешь, что я тебя не люблю? – спросил язык, который сегодня сам выбирал, что говорить.
Марта чуть улыбнулась. Быстро, благодарно прикоснулась к плечу. Решила, что утешаю и поддерживаю. Доложила, кто где находится – Герти, Юджина, Старый Медведь… Приехала Нина. В такое время надо быть вместе. Вернулась первая группа лазутчиков. Гай передал, что вернется с последней. Но вот беда: Санди не нашелся – к бабушке в больницу заходил и опять исчез, она его не поймала.
Сумерки внезапно сгустились, а на лица лег красный отсвет.
– Ну и заря! – ахнул кто-то. – Свеклу режут, сок течет!
Вдруг из переулка вывернулась фуражка, вслед за ней три нарукавные повязки. Красная надпись расплывалась на белом. Марта зашептала: «Милый, вернись скорей, помоги Карло, они нарочно привязываются, ты лучше всех с ними справляешься…»
Затылком чувствуя неприятные взгляды патрульных, еле удержался, чтобы не обернуться. В локанду, к счастью, они не зашли. Выпивать и болтать с ними – нервы не выдержат. Я сел у двери, чтобы входящие сразу сталкивались со мной, взял стопку бумаги и начал записывать события бесконечного дня.
Карандаш выпал из пальцев. Кажется, я задремал и собрался исправлять человечество… Попросил кофе, сходил умыться. День не кончается. Надо дождаться Гая и вместе с ним послушать стариковы сны. Или завтра утром. На сегодня хватит. Дедуня новый сон смотрит.
Но допустим, в роковую ночь там прошли именно эти трое. У Ларса были деньги. В поясе, конечно. Пусть старик вспомнит пояс. Куда и зачем мог идти Ларс с индюком вместе, ночью, в тайне – и с деньгами, которые здесь считаются немалыми? Может, у Ларса с индюком и раньше были финансовые секреты… Шли – не прятались. Но спешили… Почему заторопились посреди ночи? А вот почему. Была гроза с ливнем, они пережидали. Значит, требовалось ехать за город. Или знаменосец так сказал, чтоб выманить его. Почему же пешком шли? Тоже разгадаем. Они сидели в том самом доме за высокой оградой, куда меня вызывал индюк, – в гражданской экспедиции. Или у индюка на квартире. Втроем что-то обсуждали и ждали условленного часа. А лошади были в конюшне на окраине. Наверное, не у шоссе, а возле какой-то другой дороги. На стрельбище, вот где. С лошадьми оставался кто-то из индюшат-гвардейцев. Нет, мальчишку-ополченца посвящать в такое дело нельзя. Значит, без помощников обошлись. Надо ли на стрельбище из экспедиции идти мимо старикова окна? – уточнить. Ларс доверял индюку, был уверен в себе, никого и ничего не боялся. Как только отъехали подальше… выстрел в спину. Страшный роман окончен. Концы с концами… не очень вяжутся. Утром на свежую голову обдумать снова…
Не поверю о Ларсе… да и об индюке тоже. Хотя почему? Одного совсем не знаю, другого считаю способным на все. Карандаш замер и последние слова зачеркнул. «Способен на все» – это из пиратского романа. Я совсем засыпаю. Когда же вернутся наблюдатели?
Сразу и появились, как будто услышали. Суровые. Перевели в больницу арестованного Ксана. Он сильно избит, вот медицинское заключение, вот свидетельство наблюдательного комитета. Знаменосец в отчаянии, обещал строго разобраться. Виновные бормочут, что первый начал. Гады, избили нашего! Вчетвером на одного! Но он им тоже вломил…
– Почему их называют новыми людьми? – спросил я, вспоминая предсказание «стрелять в толпу». – Кто они такие? Откуда?
