— Был такой магазин электроники в Маунт-Плезант, — пояснила Лорен. — Владелец довольно специфический, не злодей, но жуликоват, несколько раз разорялся. Сами понимаете, что за типаж. “Дьютис” закрылся то ли четыре, то ли пять лет назад. С тех пор его владелец открыл лавку уцененных товаров неподалеку от Вулфборо.
— Думаете, это как-то связано с принтером Эрика Донована? — спросил Лэнсдейн.
— Трудно утверждать наверняка, — сказал я, — но в любом случае надо копать.
— Почему Саманта прямо одержима этим принтером? — продолжил Гэхаловуд. — Похоже, она эту фразу твердит как заклинание. “Говенный принтер, я его верну в ‘Дьютис’”… Что это все значит?
— Не там ли Эрик покупал принтер в свое время? — спросил я.
— Спросим у него, — ответила Лорен, — но я почти уверена. В Маунт-Плезант все отоваривались в “Дьютис”. Цены там были ниже некуда. Но с товаром вечно были проблемы. Люди быстро это поняли и прекратили туда ходить. Потому магазин и разорился.
В тот день мы сделали то, чего не сделали Гэхаловуд с Казински в 1999 году: связались с фирмой — производителем принтера, который был тогда у Эрика. Офис компании находился в Сиэтле. Провисев на линии два часа, пока нас перебрасывали из одной службы в другую, мы наконец нашли человека, способного предоставить нужные сведения.
— В общем, эта модель была запущена в 1997 году. Ничего особенного с ней не связано, кроме одной бракованной партии, полученной с завода в апреле 1998 года.
— Бракованной? В каком смысле бракованной? — спросила Лорен.
— Вот я вижу, что эту партию отправили как раз в Нью-Гэмпшир. По отчетам оптовика, не больше двухсот штук. Но не волнуйтесь, так или иначе нам почти все вернули.
— Какого рода был дефект?
Служащий порылся в отчете:
— Похоже, какая-то проблема с печатающей головкой, она оставляла небольшой след. На глаз почти незаметно, но мы все же отозвали аппараты.
Мы с Гэхаловудом и Лорен остолбенели.
— Как же мне в голову не пришло, что это мог быть серийный дефект? — обругал себя Гэхаловуд.
Главный офис в Сиэтле больше ничем не мог нам помочь: возвратом партии занимался региональный оптовик. Торговый представитель оптовой базы, находившейся в Манчестере, штат Нью-Гэмпшир, занимал свой пост уже пятнадцать лет и прекрасно помнил Нила Роуга, владельца “Дьютис”. Он рассказал по телефону:
— В сущности, неплохой парень, но мы с ним больше дел не ведем.
— Почему?
— Он был нечестным. Когда случались возвраты дефектных товаров, несколько раз не извещал клиентов, не хотел возиться с бумажками. Это неправильно.
— Нельзя ли поподробнее? — попросил Гэхаловуд.
— Когда с завода поступает бракованный товар, а такое случается, уж поверьте, его возвращают и заменяют. Это вопрос не только этики: представьте, что дефект, например, приведет к короткому замыканию и в вашем доме возникнет пожар. Виноват будет производитель, а это судебный процесс с колоссальным возмещением убытков. Так что, если возникает проблема, производители связываются с оптовиками, а те связываются с розничными продавцами. Вернее, это тогда так было. Сейчас, когда есть интернет, имейл и все такое прочее, можно связаться напрямую с покупателем, но раньше именно продавец должен был отслеживать проданный товар.
— И я так понимаю, Нил Роуг из “Дьютис” этого не делал, верно? — спросила Лорен.
— Никогда. Ему было наплевать. Говорил: “Что продано, то продано” — и отказывался извещать клиентов.
— Значит, если я правильно понял, — резюмировал Гэхаловуд, — “Дьютис” мог в 1998 году продать несколько принтеров с таким дефектом.
— Наверняка. Надо у него спросить.
Что мы и сделали. Нашли Нила Роуга в лавке уцененных товаров на въезде в Вулфборо.
— Им бы только на других вину свалить, — негодовал Нил. — Шлют вам несусветные письма с невообразимыми указаниями. Вы обязаны немедленно заменить все аппараты либо вернуть клиенту деньги, потом заполнить кучу бланков, отправить обратно бракованные машинки за свой счет и сто лет сидеть ждать, когда большие начальники соберутся все утвердить и возместить вам расходы. Вечно все шишки на мелкий люд валятся, чтоб им!
— Значит, вы не извещали покупателей, чтобы они вернули принтеры? — поняла Лорен.
— Ну уж нет! Когда мне приходит извещение о возврате товара, я это письмо прямиком в мусорку отправляю! А когда меня спрашивают, говорю, что ничего не получал. Это ведь доставка должна доказывать, что ты получил письмо, так?
— Почему, когда арестовали Эрика, вы не сообщили, что продали ему принтер? — спросил Гэхаловуд.
— Ну и вопрос, ничего себе! Откуда же я знал, что принтер как-то связан с полицейским расследованием? Я продаю электронику, вот и все. Я вам не Шерлок Холмс!
— Кому еще вы продали принтеры из той же партии, что Эрику?
— Пф-ф! Задачка, однако, вспомнить имена спустя одиннадцать лет. Я уже не помню, что сегодня на ланч ел.
— Льюису Джейкобу, например? — подсказала Лорен.
