После службы, закинув получку в свой номер на постоялом дворе я зашёл за Любой. Она очень обрадовалась перспективы отдыха в высоких кругах купеческого общества. Наняв за пустяковую сумму горожанина с двухместной каретой, мы сначала направились на базар, Люба обещала помочь с выбором подарка. Долго прохаживаясь по рядам, то и дело, пробуя предлагаемое продавцами яства, мы не могли определиться с выбором. Но всё-таки его сделали, и на требуемую сумму купили массивную серебряную скульптурку льва. Пусть получает такую вот безделушку. Сам виноват, надо было конкретные требования устанавливать.
После рынка заехали в местный театр, за два с половиной рубля залога, плюс моё честное офицерское слово, ну и небольшая угроза о раскрытии подпольной схеме сдачи реквизита в аренду, пожилой мужичок, отвечающий за охрану театрального склада, разрешил нам приодеться. Люба выбрала сиреневое платье в пол с корсетом и объёмной юбкой плюс белоснежные шелковые перчатки на руки. Мне подобрали обычный черный костюм с белоснежным жилетом и рубашкой под бабочку. Простенько и со вкусом. Хотя с "простенько" я бы поспорил, для поддержания легенды о богатом купце Ковском мы нацепили на все пальцы рук по увесистому перстню.
Покатавшись в нанятой карете по городу ровно (или почти ровно) в восемь вечера извозчик привёз нас к загородному особняку Костина. Высокий двухэтажный каменный дом посередине большого двора с многочисленными деревянными постройками вдоль добротного забора из брёвен. Приехали как раз вовремя, во дворе образовалась импровизированная парковка из разного вида карет и паровых экипажей, я насчитал полторы дюжины, плюс ещё некоторые стояли за пределами усадьбы.
Подъехав к небольшой лестнице, ведущей в дом, карета остановилась. Слуга услужливо открыл дверцу. Я первым выпрыгнул на улицу, подал руку своей спутнице. Холоп закрыл дверцу, всё так же полусогнувшись стоя передо мной с протянутой рукой и молящими глазами, мол, человек добрый, подай бедному на чай… Кинув ему копейку, которую тот ловко поймал, я мы пошли к хозяйскому дому, Люба схватилась за мой локоть. Со стороны обычная купеческая семья.
Ещё один мужичок открыл нам дверь в дом, выклянчив ещё одну копейку. Парадокс, на приём ещё не попали, а расходы уже пошли! Две копейки… На современные российские рубли выходит где-то четырнадцать рублей… Ерунда.
Уже внутри дома передо мной встал пожилой мужчина в довольно цивильном, но простом кафтане:
– Добрый вечер, гости дорогие! – он отвесил низкий поклон.
– Добрый.
Дворецкий улыбнулся Любе, но поймав мой строгий взгляд, мгновенно изменился в лице:
– Как вас представить?
– Купец Ковский из Энска с женой
Слуга поклонился и, получив очередную копеечку, жестом руки пригласил пройти глубже в дом. Ещё на подходе к центральной комнате этого дома, оттуда уже можно было услышать красивую музыку, шум голосов многочисленных гостей купца Костина. Ничего так домик… Хороший дубовый паркет, модные обои на стенах, пару-тройку недорогих картин, люстры, вентиляторы. Часть предметов интерьера позолочены… Дорого-богато, короче. Конечно, не чета княжьему терему. Но я такой же хочу построить… Когда-нибудь.
Пожилой дворецкий встал перед дверьми зала, откуда и доносились звуки веселья. Встал так, что загородил собой проход. Что, опять монетку хочешь?! Мужик, не дожидаясь озвучивания моих мыслей, распахнул высокие белоснежные двери и вошёл внутрь огромного зала с множеством гостей, стоящих отдельными группками. Наш сопровождающий встал сбоку от входа и громко объявил на весь зал:
– Купец Ковский с супругой! Из Энска!
Многочисленные посетители мгновенно обратили на нас внимание. Женская половина одарила меня улыбками. Мужчины смотрели оценивающе, некоторые даже надменно, гораздо более положительно оценили мою спутницу. С противоположной части зала к нам неспешно направился мужчина, лет тридцати с легкой небритостью на лице и в элегантном черном фраке. С ним под ручку шла женщина примерно его возраста в бордовом платье и совсем юная девушка, чуть скрывающаяся за его спиной. Мужчина подошёл вплотную к нам и протянул мне руку:
– Приятно познакомиться, господин Ковский. – Пожав мне руку, он настойчиво взял и поцеловал руку Любы. – Приветствую и вас, госпожа, на торжественном приеме, посвященном именинам моей старшей дочери. Я Фёдор Николаевич Костин. Это моя дорогая жена Анастасия, – Костин одарил свою супругу улыбкой. – И дочка Аннушка.
Анна вышла из-за спины отца и поклонилась нам.
– Спасибо за возможность присутствовать на этом праздничном вечере. Меня зовут Максим Эдуардович, а это Любовь.
– Какое прекрасное имя! – Купец ещё раз поцеловал ручку моей спутницы, но, поймав недобрый взгляд своей жена, быстро принял вертикальное положение.
Пока мы знакомились, дворецкий Костиных принёс наш "входной" подарок, предусмотрительно полученный от нас при входе в дом. Я обменял подарок на очередную копейку, так как старый слуга очень крепко держал доверенное имущество, не желая его отдавать, ослабив хватку только лишь после того, как в его ладонь угодила заветная монетка.
