– А давайте вместо роз лилии. Вон те. – Он показывает в самый дальний угол… и с пальцев едва не срывается несколько искр.
– Хей, осторожно. – Лиза повисает на его плече и громко шепчет в ухо: – Разбираться с Бюро как-то не входит в мои сегодняшние планы.
– О, поверь мне, в мои тоже. У них кофе противный. Лучше уж детское шампанское.
– Вам сколько лилий-то? – нетерпеливо уточняет продавщица.
– Ну… много. Нам лепестки нужны. Вот да, отлично.
Сунув в руки Лизы громадный букет, продавщица возвращается на своё насиженное место, мусолит палец и быстро подсчитывает стоимость такой роскоши.
Счастливые от подвернувшейся удачи (правда, Николая чуточку больше остального греет мысль о докторской), оба выходят на улицу. Обратная дорога быстрее всего с одной остановкой в переходе, где юное дарование, ёжась от холода, играет «Крылья».
Так что, вынырнув снова под дождь, Лиза заявляет, что ей надо спеть.
– А ты будешь подпевать!
– Ты шутишь, что ли?
– Да ладно тебе! У тебя получится. Это легко!
Николай смотрит на неё, как на безумную. С лукавой улыбкой, искорками в глубине зрачков, яркую в каждом движении. Раскинув руки в стороны со сжатыми кулаками, Лиза идёт от него назад, распевая во всё горло, прямо ввысь неба, в огни города вокруг:
– Ну давай же! Там дальше просто, ты же наверняка знаешь текст!
– Лиза…
– Так, мистер большой начальник, а ну-ка хватит быть таким занудой.
Она подмигивает и хлопает в ладоши, запевая. Николай с удовольствием смотрит на неё, но не торопится петь сам – это совсем не его. А вот Лизе идёт.
На последней строчке она подпрыгивает, победоносно вытянув вверх кулак.
Кирилл тормозит машину у дома ровно в тот момент, когда Лиза с Николаем поднимаются по высокому крыльцу к подъезду, шатаясь из стороны в сторону, с каким-то диким рёвом. Бормочет:
– Они что, этот букет в дом Сюзанны потащат? Им же вся квартира пропахнет!
– Поверь мне, это не самое страшное. Однажды Лиза вот так же принесла домой утку. Живую. И заявила, что та теперь живёт с нами.
– Ты шутишь.
– Не-а.
Закатив глаза (и вспоминая себя самого в таком состоянии), Кирилл вылезает из машины, окликая безумную парочку уже у распахнутой тяжёлой двери.
– Эй, вы как вообще? Всё в порядке?
– Ки-и-ир! – Николай широко улыбается, обнимая его за плечи. – Чёрт, какая ночь, а!
– Ага, полная эликсиров, видимо. Вы на фига лилии купили?
– Это розы, – заявляет Лиза, подмигнув. – Для свидания.
– Какие розы?! Этими лилиями вся квартира пропахнет! Сюзанна терпеть их не может.
– Ну-ка перестань ныть! А ещё страж! Позоришь.
– Ты себя со стороны видел?
Втиснувшись в тесный и узкий лифт – два стража, две сестры, букет лилий и пакет с заветной добычей из круглосуточного, – они продолжают яростно обсуждать, стоит ли тащить в квартиру прекраснейшие цветы.
В итоге общим решением принято взять одну веточку, а остальные оставить снаружи, приткнув между перил лестничной клетки на радость соседям.
– Ка-а-ак тут тепло! – с искренним восторгом сообщает Лиза, скидывая тяжёлую куртку. – Что-то там зябко. А ещё горло болит.
– Ты каждый раз, как поёшь на улице, страдаешь потом от боли в горле, – напоминает Кристина.
– Так, у нас, между прочим, важная миссия. Нам нужны лепестки и шампанское. Для свидания.
– А твоя докторская – это тоже обязательная часть свидания?
Николай кивает Кириллу на его ехидное замечание и исчезает на кухне, громко хлопает дверками шкафа, громыхает бокалами и стаканами, ругаясь под нос. Лиза с энтузиазмом рассыпает на столе скупые белые лепестки.
– Ты хочешь остаться с этими двумя? – шепчет Кирилл, притягивая к себе Кристину.
Нет, не то чтобы он никогда не поддавался такому веселью. Более того, сам периодически притаскивал пару косяков что в Школу, что в Службу. Но сейчас просто нет настроения.
– Пожалуй, нет. Думаю, они справятся без нас.
– Это точно. Пойдём.
Кирилл включает лампочки над кроватью, оставшиеся ещё с прошлого Нового года – они так понравились Сюзанне, что она не стала их снимать со стены, а теперь тёмными ночами они приятно освещают комнату.
– Спать? Или повторим?
– Обязательно повторим. – Она льнёт к нему всем телом, улыбаясь самую капельку лукаво.
Он забирается руками под свитер, передавая своё тепло. Чуть колкое и приятное.
– Значит, так это делается, да?
Николай лежит на мягком ковре гостиной, глядя в потолок. Мир чуточку кружится, от слишком сладкого шампанского неприятно так, что хочется простой воды.
Лиза устроилась на диване среди подушек, кисло глядя на узкий бокал со своей порцией.
