Дельта чувств полностью

Не удивителен был факт, что мать хотела призвать сына, ибо у неё были на то причины, чтобы распоряжаться сыном. Не удивительны были не только намерения матери, но и вообще частное положение отверженной властительницы: именно женщины.

– Сестра Исиза входила в состав семьи, она сидела на коленях матери на холсте в Тайницкой башне. Народ Мосул Кале приходил и поклонялся ей, когда я был у власти.

Он неожиданно оказался в гуще события, которое сам и затеял. Трон Исизы был свободен и не было претендентки. Ань Бул просто узнал об этом и покуда мог, держался, а потом он вновь стал тем, кем был с самого начала: солдатом. Соглятаи интересовались планами Ань Була. Он искренне говорил, что подумывает о том, не стать ли ему мировым судьёй.

Он спросил:

– Что предприняли бы вы против меня, если бы я пошёл на Ань Ти о Кию?

Ань Бул становился весьма опасным. И был ответ матери:

«Я стану тебя любить куда больше, когда узнаю, что ты сохранил верность матери. Я охотно верю тебе, что к ней приезжают со всех концов света, только чтобы посмотреть на Великую Жену – Кийю. Там собираются люди отовсюду, чтобы сказать, что никакого почета к Кийе нет, и мне не нравятся её друзья. Больше мне нечего тебе сообщить сынок, кроме того, что я постоянно молюсь и заставляла молиться твою сестру за твоё здоровье».

Вести, приходившие с Исизы Тан Була, не бодрили и не веселили надежду: народ был недоволен Великой Матерью, но Исида по старости уже не могла родить. Первые неприятности для матери последовали через два месяца после смерти дочери. Алорк отметил в своём дневнике, посвященном жизни великой женщины.

6680⁴⁰ лето от Сотворения Мира в Звездном Храме. Началось волнение в Исизе Тан Буле, куда стали активно съезжаться многочисленные враги умершей Исизы. Да что там столица! В самой тракии всё держалось только на силе меча. Деятельность врагов постоянно расширялась, но вскоре распространился упорный слух, что Исида в недалеком будущем вновь родит дочь.

Алорк запишет:

«По меньшей мере половина всего населения против возвращения раамонян и не хочет отказаться от Тейи Ань Нетери. Они не верят в происходящее, а еще менее в то, что нынешнее положение не безнадёжно».

Особенно негодовал трудящийся люд, для которых Великая Мать сразу приобрела ореол мученицы.

«Её жалеют, как человека, которую предали, которую не сумели выпутать из всех трудностей. Сдается, что её невзгоды и ошибки послужили ей только смягчением суждения общества на её счет. Её безумства, приступы ярости и некоторые странности поведения лишь в слабой степени повлияли на веру солдат и народа в её гений. Прямых заговоров ей во вред нет, но есть поклонение ей, которого не следует опасаться».

Владельцы земель готовились силой отстаивать их от посягательств возвращавшихся эмигрантов. Требовались небольшие усилия, чтобы направить стихию слепого гнева в нужное русло. Народ интуитивно ожидал дочь Исизу и взывали к Исиде. На холме Собора Исиды дочь Исиза была, как говорится, не за горами.

Как придёт гордыня, придёт и посрамление. Лукавство коварных погубит их. Богатство не поможет в день гнева. Суть уравняет путь. Беззаконники будут уловлены беззаконием и ожидание их погибает. Лицемер губит ближнего, но при благоденствии веселится народ и бывает торжество. Притчи Тин_ниТ.

Красный Храм торжественно встретил лунную барку. То был известный приём, отличавшийся богатейшими приношениями яств и нескончаемым чествованием Эрота в адетоне Дома Объятий. В гостиничной палате из розового гранита, весь день не прекращалось пиршество, народные увеселенье и театральное действо, на котором масками изображали истории Богов.