В гости к императору я решил не брать всех лордов, нечего было там устраивать балаган и выслушивать мнение каждого, времени на споры у нас уже не было, оставалось только следовать тактике, которую предложит Кироний. Поэтому со мной отправились мой племянник Клаус и лидер клана "Бегущие Тени" по имени Тимит, которого я считал самым рассудительным и дальновидным из всех лордов, видимо, у него сказывался опыт прожитых циклов, а он был намного старше меня. Во дворец мы попали без проблем, вся охрана была оповещена о нашем прибытии. В столице хоть мы и встретили приличное количество людей, спешащих по своим делам, но всё равно казалось, что город впал в спячку.
Нас проводили в небольшой зал с круглым столом, следом за нами зашли император, глава безопасности, главный маг академии и сам правитель зелёного леса. Увидев последнего, моя рука невольно потянулась к кинжалу, клинки у нас изъяли ещё при входе во дворец. Слишком много веков между нашими расами была вражда и лилась кровь.
Кироний, усаживаясь за стол, заметил мою реакцию и сразу попытался погасить назревающий конфликт: – Лорд Лугат, я думаю, что сейчас не время для сведения личных счётов. Лир Намерлоун так же вступил в союз с империей и хочет помочь в нашей главной проблеме.
Я не смог сдержать неприязнь, да и не хотел и, глядя в глаза королю эльфов, высказался: – Странно, что твоя ушастая башка до сих пор не красуется в качестве трофея на полочке у Илвуса. Это не в его стиле! И с чего вдруг надменная и высокомерная раса, у которой в дождь воды не допросишься, решила предоставить нам помощь? И чем же, позвольте узнать, нам хотят помочь эльфы? Наверное, будут переживать за нас, сидя в своём лесочке на деревьях?
Намирлоун не повёлся на мою провокацию, что меня очень удивило, и спокойно ответил: – С Демоном у нас шаткое перемирие. А по поводу помощи… Мы сейчас все на пороге истребления, и только глупец может думать, что его спасут высокие каменные стены замков, или деревья леса, как и не поможет выжить самая глубокая нора в отдалённой глуши. Сейчас к нам мчатся полторы тысячи лучших эльфийских воинов. Мой народ может предоставить и больше бойцов, но мы слишком поздно узнали о вторжении тварей. Эльфы не разводят лошадей, и полторы тысячи животных – это всё, чем мы располагаем. Успеют они или нет – это известно только Великому Древу и вашим богам, но даже если по их прибытии наши трупы уже будут остывать, они всё равно вступят в бой. Таков мой приказ!
Я смог задавить в себе раздражение и, следуя голосу логики и разума, ответил: – Что ж… на время забудем прошлые обиды, и вернёмся к этому разговору позже, когда ты сможешь подтвердить свои намерения не только громкими словами, но и делом.
– Если это позже наступит! – вставил колкость ушастый.
Но за меня ответил Кироний: – А у нас выбора нет, и придётся всех гноллов смешать с дерьмом!
– Ну, раз вопрос личной неприязни закрыли, предлагаю вернуться к более важны проблемам, – поставил точку в нашем споре император.
Нам не понадобилось много времени, чтобы обсудить тактику и конкретно действия вампиров в бою. Я принял предложение Кирония и согласился с нашей ролью на начальном этапе сражения. По его задумке со всеми хитростями должно получиться уничтожить половину армии тварей, а дальше либо они отступят, либо придётся с ними вступить в сечу лоб в лоб. В тот момент мы не знали, что у гноллов тоже есть свои хитрости, которые многим из наших воинов будут стоить жизни.
Так же Кироний объяснил, что магия смерти, жизни и разума бесполезна, на тварей она не действует, поэтому если мы будем применять амулеты, то только с заклинаниями физического урона. Из некоторых фраз между Киронием и Баритоном я понял, что у них категорическая нехватка магов, и ректор академии наотрез отказался задействовать своих учеников, аргументировав это тем, что если мы не справимся, то недоученная молодёжь только зря погибнет, но уж точно не сможет переломить ход сражения. Я был с ним согласен: кидать в бой подростков было бесполезной тратой человеческого ресурса, да и к тому же аморальной. И невольно вспомнил Юмия, у которого уже имелся боевой опыт, но, тем не менее, он был недавно обращён в нашу расу и к тому же молод, и именно поэтому у него взыграли амбиции. Накануне переброски через портал нашего войска он пришёл ко мне и попытался уговорить взять его с собой в империю и дать шанс себя показать. Сначала я ему попытался спокойно объяснить, что у него более важная миссия, чем сдохнуть на поле брани, но сразу до него не дошёл мой вежливый отказ, пришлось в грубой форме напомнить, кто ему поручил беречь Лину, и что с ним сделает Илвус, если даже Юмий выживет в предстоящей бойне.
