Кузня мрачной пастью щерилась в мою сторону. Окинув взглядом наковальню и печь, я отметил, что у нее уже возится кузнец. Поморщившись, я положил руку на перила. Лестница была пристроена к боку здания, и по ней можно прямо с улицы подняться ко входной двери на второй этаж. Я достал из кармана куртки кошелек и подкинул его в руке. «Здесь все, что собрала Алиса в той деревне. Кровавые деньги. Они грязнее, чем обычный человек может себе представить. Сестра отобрала их у убитых мною, а затем я принял эти же монеты от вора, которого сам же обрек на смерть. Неприятно, что столько жизней оценено в этот кошель, который полон едва ли наполовину, и еще неприятнее, что все эти смерти будут переданы в руки женщине, которая к этому не причастна. Но ничего не поделать, такова сделка», — мой взгляд буравил лежащий в ладони мешочек, и чем больше я на него смотрел, тем меньше мне хотелось отдавать деньги. Не потому, что меня душила жадность. Мне было плевать на золото, я знал, что мой меч соберет еще больше, стоит мне только захотеть. Дело было в другом. Я прослеживал печальную судьбу этих монет. Можно ли назвать их обладателей счастливцами? Собранные с трупов, украденные и вновь орошенные кровью. Это не деньги, это почти что проклятие.
Я поднял взгляд на дверь второго этажа.
— Не удивлюсь, если тебя постигнет несчастье, — пробормотал я. — Но, в конце концов, это забота твоего брата, а не моя.
Поднявшись по крепким ступеням, я решительно громыхнул кулаком об доски. Замки жалобно звякнули. Последовала тишина, разбавляемая лишь звуками из кузни и хрустом льда под ногами ранних прохожих. Кто-то с интересом посмотрел на меня, но тут же отвел взгляд. Я поднял руку, собираясь постучаться еще раз, но не успел: засов с лязганьем был отперт.
— Кого несет в такую рань? — пробурчал юный голос. — Петухи только пропели.
— Увы, я не привязан к режиму птиц, и постучался бы независимо от их прихотей.
Девушка приоткрыла дверь, посмотрев на меня из-под цепочки замка. Некоторое время она смотрела мне в лицо.
Что же я вижу? Опасение?
Я успел подсунуть носок сапога быстрее, чем закрылась дверь.
— Не пялься на мои глаза, они для тебя ничего не значат, — усмехнулся я, хватаясь за дверь. — Открой, или я сам это сделаю.
Сестра насильника прищурилась. Ее руки послушно выполнили мой приказ.
— Ты бы не смог. Замки изготовлены в кузне, которая напротив моего дома. Их ковал мой хороший друг, который желает мне только добра, — сухо сказала девушка, впуская меня внутрь.
Бросив взгляд на металл, поеденный ржавчиной, я пожал плечами и поинтересовался:
— Как тебя зовут?
— Айви.
— Буду краток, Айви, — начал я, закрывая за собой дверь и упираясь в нее спиной. У девушки были зеленые глаза. Я тоже такими обладал когда-то. — Твой брат мертв, он просил передать вот это.
Я протянул кошелек.
— Мой брат?..
На ее смуглом лице бледность проглядывалась с трудом. Но мгновенно расширившиеся зрачки передали мне всю гамму чувств. Я успел прочитать мысли Айви, прячущиеся в ее глазах, быстрее, чем она что-либо сделала. Кошелек выскользнул из моих рук, упав на доски.
Ухватив девушку за плечи, я поменялся с ней местами, прижав к двери. Колено ударило в ее живот, я остро почувствовал рукоять, прячущуюся под жилеткой. Айви согнулась, вздрогнув всем телом, ее слюна брызнула на мое плечо. Девушка вцепилась в меня.
— Это ведь ты его убил?.. — хрипло спросила девушка.
— Да, он умер от моей руки.
Айви смотрела на меня, в ее взгляде ненависть боролась с ужасом. Я усмехнулся. Мне нравилось то, как девушка подавляла желание назвать меня «подонком» и «убийцей». Мы оба понимали, кем был ее брат. И слова, которые я заслужил, все никак не могли сорваться с ее языка. Я убрал руки с плеч девушки и медленно отошел, держа ладони на виду.
— Не беспокойся, он мертв не из-за своих грехов. Я убил его только потому, что он попался мне первым. Не имею ни малейшего понятия о ваших семейных проблемах, поэтому не стоит на меня нападать. Береги силы. Ведь под твоей жилеткой прячется кинжал, предназначенный точно не мне. Ждешь кого-то?
— Даже если жду, что с того? — с вызовом спросила Айви. — Мне ничего не мешает прирезать сначала тебя.
— Ты быстро умрешь, если попробуешь.
— При тебе нет оружия, разве не так?
— Не стоит думать о моей безоружности. Мои руки страшнее любой стали, потому что именно они управляют оружием.
— По какой причине я должна тебя сейчас отпустить?
— По той же причине, по которой ты меня впустила. Мы друг другу никто, нет смысла мараться, — я склонил голову набок. — Хотя это странно — впускать такого, как я, в дом.
— С вампирами у меня нет проблем, — холодно ответила девушка. — Мне на них плевать, как и им на меня.
— Но я мог бы тебя убить.
— Ты бы не постучался для этого.
— Логично, — усмехнулся я.
Грид погиб только потому, что горожане всегда открывали дверь на стук. Они верили, что инквизиция защитит их, и никто не ждал вампира на пороге.
— Именно. Это логика, а она никогда не бывает лишней в моей деятельности, — Айва с гордостью наклонилась и подняла кошель с пола, который я выронил. — Ты пришел лишь отдать деньги?
