— Не глупи, инквизитор, — Алиса с раздражением посмотрела на меня, остановившись под дверью заведения. — Хватит уже источать ауру безысходности. Может, нас здесь не накормят и кровати нам особо не нужны, но даже у крыс есть необходимость забиться в щель, вход в которую только один. Зайдем и спросим, где можно переночевать. Или ты хочешь жить как отшельник?
— Самый лучший вариант для меня.
— Не ной, — вздохнула Алиса. — Найдем укромное местечко, накормишь меня, а потом хоть к черту на рога иди ночевать.
Двери открыты, внутри все пропахло перегаром, мужицкие рожи поворачиваются к нам. Я — в подранном плаще, скрывающий лицо в тусклых огнях свечей и высоком воротнике; Алиса — закутанная в мантию с капюшоном на голове. Кто-то усмехается и бормочет соседу: «О, занесло голубчиков». Я начинаю нервничать. Меч на плече неприятно звенит, но я не хочу вслушиваться.
— Идем, — шепнула Алиса.
Хозяин заведения смотрит на меня сверху вниз, хотя сам на пару голов ниже. Его сиплый голос неприятно режет по ушам:
— Волосы-то подвязал бы, а то как баба.
Алиса наклоняется и осторожно опирается локтями на стойку.
— Нам нужно переночевать, — тихо говорит она, глядя на мужика из-под капюшона. — Подскажете местечко?
— Улица, — громко ответили нам. — Там вам самое место.
Кто-то заржал. Я недовольно обернулся, но взгляд смеющегося поймать не удалось.
— Вариантов точно больше нет? — Алиса говорила тихо, и со стороны это можно было принять за покорность. — Знаете, обычно Бог награждает снисходительных к путникам.
— Сладко поешь, упырь, — рассмеялся хозяин. — Только плевать ты хотел на Библию и Бога. Знаю я, что городишко-то ваш Инквизиция вырезала. Так что ползи куда-нибудь в нору, не то позовем вояк, благо, они вряд ли далеко ушли.
Алиса растерялась, и я понял, что пора брать инициативу в свои руки. Приставив меч к стойке, я наклонился вперед.
— Эй, мужик, — тихо начал я. — Раз ты такой умный и образованный, то знаешь, как мы, упыри, обошлись с городом, который Гридом назывался. Знаешь же?
— И что? — надменно спросил кабатчик.
— Так вот мы с ней оттуда, — оскалился я. — Там было довольно весело, но мне чего-то не хватило. Раз вы не хотите давать нам отдых, может, разомнемся? Отправляй кого-нибудь инквизиторов искать, а я пока с вами развлекусь.
Мужик смотрел на меня стальным взглядом. Его кулаки сжались, аж костяшки побелели. Я усмехнулся:
— Ты можешь играть желваками, но мы оба знаем, что ты сейчас напуган, — я демонстративно коснулся эфеса. — Потому что мой меч одним взмахом сможет выкосить хоть троих. А у вас что ни оружие — то переделанный инструмент. Думаешь, я не бывал в таких деревушках? Да я своими руками выносил из них трупы таких вот как вы, идиотов, которых как свиней выпотрошили. Поэтому мой тебе дружеский совет — хватит строить из себя бойца, просто скажи, где мы сможем культурно провести одну ночь, а наутро мы исчезнем из вашей деревни навсегда.
— Угрозами меня не взять и обещаниями тоже, — просипел хозяин кабака. Его сухощавое лицо было преисполнено решимости. — Упырям в этой деревне делать нечего.
Мне стало смешно. Мужицкая простота всегда высмеивалась горожанами, но я даже представить не мог, что шутки станут далеко зашедшей реальностью.
— Ладно, ладно, тогда перейдем к делу, — с улыбкой сказал я, разведя руками. — Сколько здесь вас? Вроде бы… шестеро? — я повернулся и окинул взглядом помещение. — Ладно, восемь, не заметил тех двоих в углу. Я слышал, что никто не выходил, так что… Алиса, ты не могла бы закрыть дверь?
Глянув на спутницу, я встретил взгляд, который спрашивал: «Ты совсем с катушек съехал?» Я увидел это по немного приподнятым бровям, сжатым губам, недоверчивому прищуру. Но заметив, что моя улыбка не сходит с лица, вампирша усмехнулась. Не без удовольствия я наблюдал за тем, как уголки ее рта дернулись вверх, желая перерасти в нечто большее, чем просто усмешка, но вовремя замерли. Алиса без слов растворилась в воздухе, а в следующую секунду она уже подпирала стулом дверь кабака изнутри. Я взялся за рукоять меча и отошел от стойки, становясь в центр комнаты.
— А теперь, дорогие мои, — начал я, — мы сыграем в игру. Один упырь будет стоять у двери и следить за тем, чтобы никто из вас не вышел. А другой упырь… — я воткнул меч в пол, и лезвие застряло между досок. — Будет прямо здесь. Ваша задача — убить нас или сбежать. На выполнение даю ровно столько времени, сколько мне понадобится, чтобы выбить из вас всю дурь, которую вы всосали с молоком. В качестве помощи для себя я возьму вот это.
Мои пальцы сжали звенья цепи, висевшей на крюке одной из балок, подпиравших потолок. Судя по карабину на конце, этим хозяин кабака раньше запирался.
Мужики, до того сидевшие за столом, медленно поднялись. Один из них вытащил серп из-за пояса. Как он его там хранил — черт знает, но мне стало забавно. Хотя, говоря откровенно, внутри все дрожало от злости. Стоило хозяину кабака, главному рылу в этой комнате, проявить свое высокомерие, как мне мгновенно вспомнились годы приюта. Ох, как меня тогда избивали… Пора взять реванш перед людьми.
