– Что я могу сказать? Ушла эпоха. – Селиверстов коротко рассмеялся. – Венок, наверное, пошлю, но на похороны точно не поеду.
– Да я не об этом. – Кукк едва не выругался, не понимая и не принимая вальяжный тон Фёдора. – Как думаешь, Барби могла быть связана со всей этой историей?
– В статье об этом ни слова.
– Если бы об этом было в статье, я бы не позвонил, – язвительно произнёс Урмас.
– Позвонил бы, – хмыкнул Селиверстов. – Только с другим вопросом.
Кукк понимал, что Фёдор прав, понимание ему не нравилось, и он поспешил вернуться к главной теме:
– Что думаешь?
– Думаю, если бы наша страшненькая, но миленькая Барби оказалась в списке Абедалониума, об этом уже трещали все новостные каналы.
– А если им запретили полицейские?
– Ну, запретили и запретили, – пожал плечами Селиверстов. – Плевать.
– Почему? – растерялся Кукк.
– А почему нам должно быть не плевать? – удивился Фёдор. – Каким боком нас это касается?
– Скандал разрастается, – ответил Урмас. – Беспокойно.
– Купи себе что-нибудь, например, спортивную машину, и расслабься, – посоветовал Селиверстов. – А если серьёзно… – Он выдержал паузу. Достаточно длинную, чтобы её обозначить, и достаточно короткую, чтобы Кукк не успел вставить слово. – А если серьёзно, то всё не так уж плохо.
– Что ты имеешь в виду?
– Если ты прав и Барби входит в список Абедалониума, то получается, что, раскрывая преступление, Абедалониум указывает на конкретных людей. Понимаешь? Он целится в тех, о ком точно знает.
– А о нас не знает, – сообразил Кукк.
– Именно.
– То есть опасаться нечего? – приободрился Урмас.
– Ближайшая неделя будет достаточно нервной, – не стал скрывать Селиверстов. – Но я уверен, что если мы будем тверды, то переживём её.
После совещания Вербин отправился за кофе, а когда вернулся, Гордеев встретил его широкой улыбкой.
– Есть две новости: интересная и очень хорошая. С какой начать?
– У нас Рождество?
– У нас приближается Вальпургиева ночь.
– Всё время забываю, что я в Питере, а здесь свои праздники.
– А-ха-ха… – Никита взял стаканчик, который Феликс купил ему, открыл, подул, но пить не стал. Рассказал: – Интересная новость: ночью случился пожар на заброшенном складе в пригороде. Пожар потушить не успели – ехать далеко, а вызвали команду поздно. К тому же горело никому не нужное полуразрушенное здание… А когда сгорело, внутри обнаружили два трупа с пулевыми ранениями. А рядом со складом – их внедорожник. Интересно?
– Те два парня, которые наехали на Нику? – догадался Вербин.
– И, судя по всему, на Лидию. От них мало что осталось, но я перешлю тебе прижизненные фотографии, покажешь Нике.
– Обязательно, – кивнул Феликс, прихлёбывая свой кофе. – Телефоны проверили?
– В процессе.
– Кто они?
– Мелкие бандиты, которых мог нанять кто угодно. Ну, разумеется, из тех, кто знал, чем они занимаются. Контакты проверяем.
– Специализация?
– Широкого профиля: вышибить долги, запугать, убрать тело… Думаю, их выманили за город под предлогом зачистки места преступления и убили.
– За что?
– Об этом ты подумай, – рассмеялся Гордеев. – Потому что я планирую заниматься очень хорошей новостью. – Он выдержал очень короткую паузу и сообщил: – Мы определили место, где было снято видео Орлика с Костей Кочергиным.
– Ого! – Вербин хлопнул Никиту по плечу. – Поздравляю!
– Спасибо.
– Это может стать прорывом… С «контингентом» поработали?
– Да, основная инфа пришла от них, – подтвердил Гордеев. – Показывали видео, замазав, разумеется, действующих лиц, и несколько человек уверенно опознали коттедж в районе Большой Ижоры. Теперь потянем за эту ниточку.
– То есть это не дача Орлика?
– Нет.
Они понимающе переглянулись. Появление в деле некоего коттеджа означало, что их предположение верно и за преступлением против Кости Кочергина и других мальчиков стоит целая группа педофилов. Высокопоставленных и не бедных. Из которых они, пока, знают только Орлика. Остальные постараются вывернуться. Сделают всё, чтобы не оказаться привлечёнными к столь грязному делу.
– Тебе дадут докрутить? – тихо спросил Вербин.
– Думаю, дадут. – Никита сделал глоток кофе. – После Куммолово поднялась очень большая волна. Во многом благодаря прессе и Веронике… Люди в шоке и нам приказано разобраться, невзирая на чины.
– Хорошо, что дадут.
– Ну, сам понимаешь, что, когда дело дойдёт до настоящих чинов, директива может измениться.
– Не будем о грустном, – предложил Феликс, прекрасно понимая, что Никита прав.
– Не будем, – согласился Гордеев. – Есть ещё одна неплохая новость: пока ты ходил за кофе, я получил информацию на Клёна. Скинул тебе.
– Спасибо.
– Если коротко: Клён талантливый программист и, возможно, хакер.
– Почему «возможно»? – не понял Вербин.
