– Невероятно, – согласился Феликс. – Зато даёт ответ на самый главный вопрос. – Вербин выдержал короткую паузу. Чтобы подобрать слова. И он не видел, не заметил и даже сейчас не оценил, что во время разговора чуть подался вперёд и сейчас их с Адой головы едва не соприкасаются над небольшим столиком. – Я с самого начала не мог понять мотива организатора скандала. Зачем кому-то понадобилось вытаскивать старые, давно забытые дела? Только для того, чтобы сыграть с полицией в «Кто умнее?»? Но когда я понял, почему картина называется именно так – всё встало на свои места.
– Это был его нынешний способ борьбы со скукой, – поняла Ада. – Не привлечь внимание к картинам, не добиться справедливости, а выставить напоказ свои старые преступления и убить тех, кого он сам в них обвинит.
– Никакой логики или корыстной цели – только игра. – Вербин медленно провёл пальцем по столу. – И я не думаю, что он выставил напоказ все свои преступления.
– Подозреваете, что их больше?
– Не сомневаюсь, – угрюмо подтвердил Феликс. – Поэтому и сказал, что узнал далеко не всё, что хотел.
Только сейчас они заметили, как сидят.
И после короткой, неловкой паузы выпрямились, вернувшись к расстоянию, что разделяло их в начале разговора. Потом Вербин подозвал официанта и заказал кофе. Кожина попросила вина, а когда официант ушёл, произнесла:
– Если ваша версия верна, у Селиверстова должны остаться трофеи с других преступлений. Ни в доме, ни в квартире их не нашли, но тайник наверняка есть, и будем надеяться, ваши коллеги до него доберутся.
– К сожалению, надеяться остаётся только на это.
– И на то, что его не выпустят.
– Вероятность пожизненного не так высока, как хотелось бы, – признал Вербин. – На нём всего одно убийство, которое, как утверждает Селиверстов, было совершено в состоянии аффекта. С хорошим адвокатом он выйдет через несколько лет.
– К сожалению, так тоже бывает… – Кожина пригубила вино из нового бокала. – Феликс, позволите замечание?
– Разумеется.
– Я не чувствую в вас уверенности, к которой привыкла, – мягко произнесла Ада. – Что не так?
Лгать не имело смысла. Кожина, конечно, сделает вид, что поверила, но Вербин не хотел, чтобы она делала вид, поэтому ответил честно:
– Я не нашёл портрета Селиверстова в «галерее Ферапонтова».
– А портрет Кукка в ней есть?
– Да.
– Интересный штрих…
Который заставляет Феликса сомневаться в том, что за прошлыми убийствами стоит Селиверстов.
– А ещё Лидия сказала, что у него отсутствуют какие-либо сексуальные девиации. Их связь тянется почти двадцать лет, и всё это время она знает Селиверстова как нормального мужчину.
– Лидия его любит, – обронила Ада.
А значит, доверять её словам нельзя. Но Феликс и сам понимал, что преданная Селиверстову художница будет говорить и делать только то, что пойдёт ему на пользу.
– Удивлена, что Лидия согласилась с вами поговорить.
– Я тоже, – не стал скрывать Вербин. – Мы расстались меньше часа назад…
– Полицейский Феликс… – Молодая женщина грустно улыбнулась и сделала шаг в сторону, пропуская Вербина в квартиру. – Решили не уезжать, не попрощавшись?
– Спасибо, что согласились принять меня.
– Я вас ненавижу, полицейский Феликс. – Она закрыла дверь. – Кофе?
– Если вас не затруднит.
– Да, на этот раз – меня. – Лидия подождала, пока он снимет куртку и разуется. – Фёкла сбежала, а новую домработницу я найти не сумела, что стало весьма неожиданным последствием разразившегося скандала. И пока всё не уляжется, мне придётся заботиться о себе самой.
Они прошли на кухню, где Вербин, повинуясь жесту молодой женщины, сел за стол, а Лидия достала турку.
– Федя сказал, что вы обязательно позвоните и я должна буду с вами поговорить. – Голос по-прежнему спокойный, судя по всему, Лидия заставила себя держаться с Вербиным нейтрально. – Федя сказал, что уважает вас и вы заслуживаете знать правду.
– То есть вы будете со мной честны?
– А это уже вам решать, полицейский Феликс, – чуточку жёстче, чем следовало, ответила молодая женщина. Наполнила кофе две маленькие чашки и уселась напротив. – Ещё он сказал…
– Никакой записи, – твёрдо произнёс Вербин. – Это неофициальный разговор, и всё, что будет произнесено, имеет предположительный характер.
– Да, полицейский Феликс, ничего этого не было. Даже нашего разговора.
Куртку Вербин снял в прихожей, на нём остались только джинсы и тонкая футболка, под которой невозможно было скрыть даже крупную родинку, не то что микрофон. Но главным стало обещание, поскольку Селиверстов сказал Лидии, что Феликсу можно доверять.
– Как давно вы с ним?
Молодая женщина вздрогнула, не ожидала, что Вербин начнёт разговор с этого вопроса, но быстро взяла себя в руки.
