Наконец, седьмая стадия — Эпилог. Финальная стадия, на которой мана в ядре начинала проходить процесс качественного изменения, готовясь к переходу на следующий ранг.
Это ощутимо осложняло контроль над ней, но зато позволяло использовать артефакты следующего уровня примерно на семьдесят-восемьдесят процентов эффективности, как это было у меня с «Хроникой сияющего золотого храма».
После Эпилога одного ранга начинался Пролог следующего и так далее.
Так что с технической точки зрения ранги между собой практически не отличались. Разницу делало то самое качественное изменение маны.
Мана ранга Истории, в обиходе также называемая «туманом», была относительно слаба и тонка. Без воли человека она не покидала ядро, рассеивалась при удалении от тела, а также почти не могла закрепиться без «фокусировщика», в качестве которого выступали артефакты. Прямое использование туманной маны было невероятно сложным делом, справиться с которым могло лишь несколько процентов Артефакторов.
Мана ранга Сказания, называемая «дымом», была уже сильнее. Она постоянно истекала из ядра, пропитывая и укрепляя тело в пассивном режиме, за счет чего Артефакторы ранга Сказания были куда сильнее обычных людей даже без артефактов. В активном же режиме она могла использоваться для прямого воздействия на организм (очистка легких токсинов вроде алкоголя, прижигание ран, прилив бодрости и так далее), а также могла покидать тело, не рассеиваясь при должном уровне контроля, хотя особого смысла в этом не было, так как дымная мана в чистом виде не могла ни от чего защитить.
Мана ранга Хроники, называемая «дождем», была, логично, еще сильнее. Она растекалась по всему телу, кратно увеличивая его мощь в пассивном режиме, а в активном позволяя по желанию выводить отдельные органы или мышцы на нечеловеческий уровень (усиление органов чувств, ускорение мышления, укрепление кожи и так далее). Также она могла покидать и покрывать тело без использования артефактов, защищая от чужеродной маны, то есть Артефакторы-Хроники могли, к примеру, защищаться от мана-пуль.
Мана ранга Предания, называемая «наводнением», растекалась по телу и пропитывала ткани и органы, в пассивном режиме к стадии Кульминации доводя весь организм до уровня, который на ранге Хроники достигался лишь временно и с прямым использованием маны. В активном же режиме при знании определенных техник и должном уровне контроля наводняющая мана позволяла использовать сверхчеловеческие способности вроде рентгеновского зрения, ускоренной регенерации или чтения мыслей, опять же, без артефактов. А при покидании тела она принимать любые формы по желанию и обладала защитными свойствами не только от магических, но и от физических атак, а также неблагоприятных условий среды вроде жары, холода или яда в воздухе.
По аналогии с уровнями артефактов, у которых после Предания шли уровни Эпоса, Легенды и Мифа, скорее всего существовали и соответствующие ранги. Но если в библиотеке Перекрестка я еще смог найти информацию о ранге Предания, то вот о более высоких рангах мне было банально не откуда узнавать.
Впрочем, рассчитывать на то, что Армал приставит ко мне кого-то настолько сильного, как Артефактор ранга Предания, было бы слишком нарциссично.
Понятно, что «Облачный Воин» был гордостью флота Зейса, так что в том, что местные охранники были поголовно Артефакторами, не стоило сомневаться. Но даже так вряд ли они будут составлять весь экипаж из реально сильных Артефакторов. К тому же на мою охрану с учетом того, что во мне не было ни капли маны, не должны были отправить элиту.
Так что тот, кто меня охранял, вряд ли был выше ранга Кульминации Истории, а скорее даже не выше Развития. В открытом бою я бы все равно с ним не справился. Но без намеренной активации маны физически он не должен был быть заметно сильнее обычного человека, так что шансы у меня были неплохие.
Тем не менее, чтобы иметь возможность вырубить его по-тихому, я должен был как-то подобраться к нему, не спровоцировав его на боеготовность. С учетом того, что ключ от моей каюты был у него, судя по звону, сделать это можно было довольно мирным путем.
Я медленно подошёл к двери, несколько раз постучал, привлекая внимание охранника.
— Слушай, раз уж мы тут оба застряли, может быть поболтаем хотя бы?
За дверью раздалось недовольное шарканье сапог по металлическому полу, затем тяжёлый вздох, сопровождаемый лёгким хрипом.
— Разговоры не в уставе. — Голос охранника звучал глухо, словно из бочки. — Мой долг — стоять, молчать и следить.
Я поморщился. Если мне попался поборник порядка, сбежать от него стало бы намного сложнее.
— Ты же не статуя, чтобы не шевелиться, — сделал я голос заговорщицким. — Просто подойди к двери. На окне засов, у двери ты стоишь. К тому же ты — Артефактор, а я — обычный человек. Куда я денусь?
Молчание. Затем тяжёлые шаги. По скрипу я определил, что он встал напротив двери.
— Ну? — В его голосе неожиданно прозвучало любопытство. Отлично!
— Тебя как звать?
— Жилем, — донеслось с той стороны после некоторого молчания.
— Жилем. А я — Майраль. Будем знакомы.