Я села на указанное мне место за низким столом, ведьма напротив. Она долго замешивала какое-то зелье, непрерывно бормоча заклятия, а потом протянула ко мне руку.
— Мне нужно немного твоей крови для ритуала разрыва.
Я с готовностью дала ей свою ладонь. Геля заговорила и нож, потом полоснула мне запястье над чашей. Попавшая ей на руку капля крови заискрилась энергией, магическое пламя в печи полыхнуло, выбив заслонку, и та с грохотом упала на пол в наступившей звенящей тишине.
— Кто ты такая? — потрясенно выдохнула ведьма. Ее иссиня-черные волосы теперь вспыхивали электрическими разрядами от избытка силы. — Ты ведь не обычный оборотень?
Я прикусила губу, не ожидая такого поворота. Кто бы еще знал, что у нас, бурых, какая-то особенная кровь.
— Нет. Я бурая. Это как-то помешает?
— Нет-нет, все в порядке, просто… можно мне потом взять твою кровь? Совсем немного, на зелья…
— Бери. Только избавь меня уже от связи со стаей.
Я проснулась и пару минут просто потрясенно смотрела в темноту. Выходит, это я когда-то собственными руками начала эту войну?! Не узнать в Геле безумную старую ведьму было просто невозможно, я бы ее ни с кем другим не спутала. И я принесла ей тогда свою кровь, открыла ее тайну миру… Что же я наделала?
От осознания глубины той пропасти, в которой оказалась моя душа, я весь следующий день была сама не своя. Мысли без конца возвращались к ведьме. Ну почему я такая дурная и упрямая? Права была Айна, больше всего я упорствую именно в своих заблуждениях. Видимо, это неотделимое качество моей души.
Я была настолько подавлена, что даже не заметила, что Урлик поцеловал меня при встрече.
Но заметив, мгновенно забыла все на свете, снедаемая любопытством. С половину занятия он улыбался. Потом стал выглядеть все задумчивее, периодически прикасаясь к щеке с обезболивающим заклинанием. О бездна, давно мне не было так весело! Я бы расцеловала Стеллу на радостях, если бы не зелье. Провожал меня из кабинета дроу уже с самым несчастным видом, страдальчески морщась и стараясь не разговаривать. Просто бальзам на мою израненную душу. Вот помучаю его еще, а потом и вправду свяжу и к Карлу, вместе мы выбьем из него признание. Так что я с самой искренней заботой поцеловала Урлика в щеку, уходя, и посоветовала не запускать болезнь и обратиться к целителю. И еще раз поцеловала для надежности.
В казарму я вернулась уже успокоившись. Раз уж наломала дров, то нужно их теперь колоть и жечь, а не рыдать над ними, в надежде утопить в слезах. Все равно ведь всплывут.
— Может, поделишься, почему ты такая странная сегодня? — не выдержала Дашка за ужином.
Я отрицательно покачала головой и продолжила посмеиваться своим мыслям. Хотя, это был скорее смех сквозь слезы.
— Тогда давай с нами в карты вечером, — предложил Ари. — Мы двумя командами раньше играли на желание.
— Давайте, — обрадовалась я. — Только желания должны быть выполнимыми.
— Разумеется, — потерла руки Даша.
Весь вечер я под хохот двух команд выполняла всевозможные немыслимые задания, самым странным из которых оказалось от Трэса.
— Прокрадись в комнату Ворха наверху и выкради Герину Плюшку, — скомандовал он. — Мы все по нашей Герке скучаем, это ведь не честно прятать ее любимую игрушку от нас.
Мне осталось лишь подчиниться и перебежками отправиться в мое бывшее пристанище, надеясь, что самого Ворха там не окажется. В здравом уме я, скорее всего, не пошла бы, но у нас закончилось молоко. Зато был кефир, который я и пила весь вечер, и он как-то странно на меня подействовал, развеселив и расслабив. Будто я спиртным чем-то накидалась.
Я благополучно прошмыгнула на второй этаж незамеченной и уже подходила к заветной комнате на цыпочках, когда в конце коридора вдруг открылась дверь. Я не придумала ничего лучше, чем запрыгнуть в оказавшуюся ближе всего ко мне комнату и прижаться к двери уже внутри, нервно прислушиваясь к шагам в коридоре.
— Ты по делу или просто балуешься? — спросил за моей спиной Ворх, заставив подпрыгнуть на месте.
— По делу, — не растерялась я, определив, что оказалась в его кабинете. — В карты с нами будешь?
— Нет, спасибо, — ответил он, не отрываясь от бумаг.
— Тогда я пойду, — я все так же поспешно выскочила в коридор и, убедившись, что опасность миновала, побежала в нужную мне комнату.
Там все было точно так же, как я когда-то и оставила. И Плюшка сидела на моем месте на кровати. А на столе теперь лежала та самая злополучная книга с фотографией и лентой. К ним еще и прядь волос между страниц добавилась.
Я задумчиво потерла затылок, вспомнив, как эту самую прядь потеряла вместе с ядовитым пауком. Интересно, мои волосы можно использовать в каком-то чернокнижном обряде, что ли? Поняв, что о чернокнижии после посещений курсов я больше знать не стала, я вынуждена была закрыть книгу и оставить все, как есть.
