Много чего еще нужно, хотя бы просто пройти по комнатам и выяснить, что тут и где находится. Если отец Владимировны изгонял демонов, то он мог что-то знать о них и о возможностях Прорыва… нужно уточнить. И понять, наконец, что это за старуха, которую я хотя бы отогнать теперь, думаю, смогу. Да, вложение энергии в атаки, скорее всего, будет минимальным, но лучше, чем ничего. Демоны терпеть не могут сырую астральную силу, противоположную их сути. Если не удалось зажечь обычный, стихийный огонь, может быть удастся с астральным, или хотя бы с Пламенем Крови...
Сердце касалось разума. Гнало в одну комнату, в другую, подсказывало, на что нужно обратить внимание… И я обязательно обращу, когда пройду по удивительно пустому сейчас поместью.
Но сначала – Марат, Георг и Стефания. Сначала – люди, а все остальное приложится.
Ну и меч себе заберу, да. Не заслужил его этот дурманщик.
Выйти из комнаты с Сердцем оказалось несложно – при моем приближении часть каменной стены попросту растаяла, образуя арку. В том помещении, где еще недавно меня атаковал Нулевой, оказалось пусто. Разрушенный мной рисунок Врат полностью истаял, и теперь в углу на камнях были лишь следы крови.
Надо убрать. Если у кого-то хватило знаний открыть Малые Врата, то может хватить и знаний по крови призвать какого-нибудь Цербера или Искателя, а у меня и так проблем выше крыши. Благо, на этом складе всякого хлама обнаружились какие-то запыленные одежки, от одной из которых я и отрезала кусок, затерев им кровь. Тряпку надо будет потом сжечь… Как и мою нынешнюю одежду, скорее всего. Но пока окровавленный лоскут перекочевал в карман.
Демон не появлялся. Скорее всего тварь была из тех, которые питаются страхом, потому и не прикончила меня, хотя могла бы. Перерожденный Высший, если бы это был он, заговорил бы, а вот Истинорожденный… Честно говоря, не представляю, зачем ему понадобилось бы со мной играть. Эти существа невероятно могущественны, и немного страха – не то, что им нужно.
Ладно, пока старухи тут нет – и хорошо. Странно только, что уничтожение Малых Врат не развеяло ее… Значит, где-то есть еще Врата или, как вариант, кто-то мог прислать ее сюда.
Надо выяснить, что знает об этом всем «мой» ненаглядный родственник.
Боль в теле, подаренная Сердцем, почти истаяла. Текущая внутри энергия ощущалась несколько чужеродной, но, скорее всего, просто потому, что Владимировна магом не была и ее тело просто не привыкло ко всем ощущениям, рождаемым проводимостью. Так или иначе, я все же опиралась на ее органы чувств.
Неспешно выбираясь из подвала я пыталась, как привыкла, проводить по телу энергию астрала. Маги способны напитывать собственное физическое тело, поддерживать его, быстрее справляться с полученными ранениями, отгонять усталость… Но в моем случае результат был скоромнее, чем хотелось бы. Скорее всего, нужны тренировки, ну или, опять же, проблема в непривычному к проводимости телу. Радовало только, что сила рода все же медленно залечивала последствия отравления. Процесс только начался, но все же.
Несмотря на поздний час и довольно большую слабость, энергия рода, а может и зелье Георга, позволяли неспешно, но двигаться к алхимику. По дороге никто не встретился, что скорее радовало: лишних вопросов не хотелось.
Во флигеле мало что изменилось, разве что Георгий убрал кровь, да пустые бутылки зачем-то накрыл курткой. Ну и к полной, судя по всему, приложился. Ну хоть в кресле не спал, перелистывал какую-то замусоленную книжку с желтыми страницами. Дверь в «лабораторию» была приоткрыта, и на столе там виднелось что-то, накрытое ветошью.
Все еще бессознательный родственничек обнаружился лежащим на боку рядом с потрескивающим камином.
– Он живой вообще? – полюбопытствовала я, не имея большого желания прикасаться к этому слизню больше необходимого.
– Живой, – лаконично отозвался старик. Он не шевелился, наблюдая за моими действиями и явно что-то обдумывая.
Стоило сосредоточиться, как стало ясно, что ремень – действительно артефакт. В астральном плане он казался чем-то похожим на кусачую псину, сейчас вздыбившую шерсть.
Вообще-то ты – моя, собачка. Это ощущалось совершенно четко – меч принадлежал мне. Точнее даже не совсем мне, а роду. Роду, в котором я была старше этого дурманщика.
Я положила ладно на пряжку, на сей раз игнорируя вспышку жара. Сторожевого пса надо поймать за гордо и держать. Держать, пока не поймет, кто его хозяин.
Мгновение, другое… Под моей рукой неистовствовала вложенная в артефакт энергия, пытаясь ударить, укусить побольнее, впиться в ладонь, предплечье, плечо. Но здесь и сейчас моей воли было достаточно, чтобы прижимать к земле, укрощать рвавшуюся из пояса силу.
Этот сторож должен знать свое место. И своего хозяина.
Последний всплеск – и кусачее пламя энергии опало, успокаиваясь. Ладонь больше не покалывало, ничего не пыталось прожечь ни плоть, ни энергетику.
– Неплохо, – заметил Георг. – Значит, ты все-таки одарена.
– А ты сомневался.
Старик хмыкнул.
– Ни малейших проявлений – раз. И ничего не показавшая диагностика – это два.
