Я мотнула головой, недоверчиво смотря на целителя. Он мало того, что описал временное подселение, так еще и в таких терминах, словно сам ничего в этом не понимал… Нет, конечно, может тут все не так, но у нас любой Книжник терминами сыпал будь здоров, да и из обычных людей врачи тоже все усложнять любили.
В Анклаве следили за магами. Вдруг кто-нибудь крышей поедет от близкого знакомства с баньши или суккубу продастся и периметр ослабит?.. Но до запечатывания дара и перевода в Любящие без права проведения нужен был не один и не два осмотра и несколько заключений – мало ли, вдруг ошибка какая.
А тут что – одно нападение, одно решение – и вот я уже безумна?..
– А что именно ставили? Какие препараты? Почему не решили, что это разовый припадок и со мной все нормально?
Целитель глубоко вздохнул.
– Я не знаю.
– Что?
– Я не знаю. Я… После аварии тебе было сложно, никто не справлялся, Диме тоже было нелегко… В итоге тебя положили в лечебницу. Наблюдали, потом выписали. Ты читала книги, тихо сидела около кабинета отца… И все равно была тенью себя. Все больше и больше уходила куда-то далеко от реальности, в мир, где родители живы. Потом вроде стало легче, таблетки из лечебницы отменили. Но потом ты напала, и… Я не участвовал в этой истории.
Я оглядела целителя. Он серьезно?
– «Какие-то таблетки»? Это как? Ты не знаешь, что это было? И кто вообще знает – Марат?
Старик отвел взгляд.
Виноватое выражение. Такое бывает у дежурного, проспавшего нападение и делающего вид, что он тут вообще ни при чем.
– То есть так ты выполнял свое обещание защищать род? Напиваясь тут и на все плюнув? – М-да, и с кем приходится работать… – То есть в поместье сейчас только целитель-алкаш…
– Я – алхимик.
– Да плевать. Алхимик-алкаш, мой дорогой родственничек-дурманщик, претендующий на главенство в роду, и горничная? У нее никаких проблем нет?
Взгляд старика стал еще более виноватым.
– Выкладывай! – рыкнула я.
– Стефания… Она в Империи по квоте. Ну, она из Польши, сбежала из-за восстания, и смогла осесть тут как потенциально одаренная. Владимир посчитал ее перспективной, взял к нам, но не успел ничего оформить, и Инициировать ее тоже не успел. Время для обновления квоты вышло, и…
– И она тут без документов, так?
Целитель кивнул.
Просто прекрасно… Ладно, начнем с того, кто способен доставить больше всего проблем.
– Отлично просто… Ты можешь разбудить Марата? Думаю, у нас есть о чем поговорить, и сейчас.
– Я-то могу… Но ты уверена, что этого хочешь? Он ведь использует дар, наверняка… Или… – целитель замялся. – Какая твоя основная Печать? Конечно, если ты сможешь от него защититься, если у вас одинаковая основа, то… В общем, я понимаю, что это очень личный вопрос. Можешь не отвечать. Не то чтобы я могу помочь с остальными Печатями, если они есть, но если ты – алхимик…
Старик оборвал сам себя.
– Щит.
Толку скрывать? К тому же у меня к Георгу будут вопросы, он как-никак одаренный.
– Как, кстати, им пользоваться-то?
Вопрос, кажется, целителя озадачил.
– Да просто сосредоточься да энергию направь через Печать, и все. Ну в смысле, это словами объяснить сложно. Нужен мыслеобраз, нужно…
– Ладно, потом тогда тренироваться буду. Буди его, – я вытащила из ножен клинок, устаиваясь поудобнее на грязном полу.
– Ты что творишь?! – старик подскочил с кресла.
– Ничего такого. Буди, говорю. Если что – кинешь в него свою бутылку с пойлом, заслужил. Кто-то нарисовал в подвале около комнаты с Сердцем знак Малых Врат. Если это не ты, не я, и не наша раненная – то выбор небольшой.
– Ты его не убьешь, – с нажимом произнес целитель.
– Не собираюсь. Буди давай. Просто хочу поговорить без его ментальных трюков.
Старик поджал губы.
– Буди, говорю, – нажала я, – или предпочтешь пить дальше, а этот дурманщик пусть в себя приходит и все тут разносит?
Георг покачал головой.
– Если ты – та самая вторая личность, то мне первая нравилась больше. Если демон…
– Мы это уже проходили.
– Ладно. Но если попробуешь убить – усыплю сам, – предупредил старик.
И как, интересно? Еще одного шприца около целителя не видно… Но я все же передвинулась так, чтобы видеть и старика тоже.
Георг же присел на корточки около Марата и, положив ладонь ему на голову, принялся что-то шептать. Знак на ладони старика при этом пульсировал, и пульсировал еще один, на запястье уже левой руки. В астральном плане казалось, словно целитель что-то словно бы менял в теле родственника… Не очень быстро, но действенно – Марат пошевелился и открыл глаза.
Дернулся, вскочил на ноги, попытался нащупать меч на поясе…
– Сел, – спокойно проговорила я.
Клинок в чуть подрагивающей – силы-то мои не бесконечные – руке остановился поблизости от внутренней части его левого бедра.
– Сел.
Марат не сразу понял, что не так, а когда понял, резко шагнул назад. Влетел ногой в камин, отшатнулся, едва не напоролся на уведенный мной в сторону меч. Повернулся, пытаясь найти вовремя перегороженный Георгом выход...
– Сел, – повторила я в третий раз, – иначе разговора не получиться, дядюшка. И это будет только твоя проблема.
– Но…как…ты… Георг, скотина, ты дал ей меч?! Этой припадочной, этой…
