«Дадим ублюдкам бой», — после недолгих раздумий подвел черту Остин, позволив ненадолго хищному оскалу овладеть своим лицом. От сказанного у присутствующих отнялся дар речи, Барон даже решил переспросить, боясь что ему послышалось.
«Вы обезумели? — едва не вскричал тогда Голдберг, удостоверившись что все услышал верно. — Мы едва пережили несколько последних дней, чудом выбираясь из передряг, а вы теперь хотите, чтобы мы сами, добровольно засунули головы зверю в пасть?»
Остин пропустил все претензии мимо ушей. Уставший солдат всем своим видом выражал полное нежелание тратить даже лишнюю минуту на бессмысленные с его точки зрения рассуждения, но немногим позже все же решил снизойти до разъяснений своему заказчику.
«Оглянись вокруг. Мои люди падают с ног от усталости и голода. Да, до Ганои осталось недалеко, но не настолько недалеко чтобы туда можно было добраться одним рывком, — главарь гвардейцев прошел мимо Барона, обводя рукой потрепанных жизнью собратьев. — Еще часов пять хода и с нами справиться даже кучка облезлых псин. У нас уже не будет сил чтобы отбить еще одно нападение. Разве ты не видишь, куда бы мы ни пошли — эти сволочи найдут нас всюду! — Остин повернулся к Голдбергу лицом, перекошенным от помеси злобы и изнурения. — Но сейчас у нас появилась возможность застать их врасплох. Да будь на их стороне демоны из преисподней и все чертово колдовство ада, у нас есть преимущество внезапности! Мы знаем, когда и куда они явятся, и даже более того, — мы знаем, что они ни черта не ожидают такого поворота событий. Мы заманим ублюдков, перекроем им все возможные пути к отступлению, а затем прикончим», — последнюю фразу Остин проговорил почти что шепотом, да таким, что по спине его товарищей пополз неприятный холодок.
«Но если они могут без единого прикосновения убить человека своим колдовством, что же мы им сделаем?» — отчаянно пытался контраргументировать Голдберг, сотрясая воздух своими толстыми пальцами.
«Если бы они были такими уж могущественными, им бы не было нужды являться за нами лично. Человеческая природа всегда стремится исключить лишний риск. Но все же они придут, и что более важно — попробуют подобраться как можно ближе. Значит не так уж они и всесильны. Мы можем воспользоваться этой их необходимостью в сближении», — подключилась к разговору Арчи, всецело встав на сторону своего брата.
«Безумие! Да вы рассудка лишились! Верго, да скажите же им! Мы должны уносить ноги пока можем!» — обратился тогда к предсказателю Барон.
Наверное, тогда Веберу стоило сказать воодушевляющую речь, или же сухо подбить все озвученные аргументы, беспристрастно взвесив их у всех на виду. Можно было даже заострить внимание на откровенно маловероятном утверждении Остина о том, что убийцы якобы не могут ожидать такого подвоха, или же высказать предположение, что раз они выследили наемников в обсерватории, то выследят и за ее пределами, и ухищрения тут могут и не помочь. Вот только предсказатель в тот момент просто молча стоял, ничего не выражающим взглядом впившись в округлые глаза усача. Не издавая и единого звука, даже не шевелясь, он продолжал нерушимо изображать из себя безучастную статую, наблюдая за тем как багровеет лицо Барона.
А что до того что было после… Так и не смирившись с решением лидера группы, Голдберг позволил себе оспорить его авторитет, сославшись на старое доброе — «кто платит, тот и музыку заказывает», вот только на этот раз Остин был совершенно неуклонен. Недавние события несколько состарили его, добавив к изуродованному шрамами лицу пару неприглядных морщин. Имел ли главарь наемников на уме лишь хладнокровный расчет, или же руководствовался в том числе и желанием отмщения за все то что им довелось пережить, это та еще загадка.
В любом случае, план действий был определен, с каждой прошедшей секундой обрастая все большим числом деталей и сопутствующей им спешкой. Путникам нужно было успеть сделать целую кучу вещей за оставшийся им час. Лишь разделение их отряда на независимо действующие группы, разумно организованное командование со стороны Остина, и умело раздаваемые пинки от Арчи помогли им все успеть: маскировка, взведение самострелов, баррикады, несколько умелых ловушек и даже раздобытый у сжигателей провианта керосин — все было готово к назначенному времени. Все что им оставалось теперь, так это ждать, и надеется, что их расчеты были в достаточной степени верны.
Как обычно это и бывает, осознание каких-либо важных закономерностей всегда приходит спонтанно, таким образом оно явилось и к предсказателю. Прокрутив в голове образы из своей памяти он наткнулся на нечто определенно заслуживавшее его внимания.
