Не выпуская карабина из рук, он спустился из самолета и подошёл к изгороди. Однако там, откуда чудовища бросали землю на костер и где должен был лежать подстреленный монстр, не было никаких следов. «Зверь или человек, – подумал Моран, – но существо, в которое попала моя пуля, вовсе не было призраком, поскольку привидения не вскрикивают… Пойду туда, где упал первый монстр, по которому я открыл огонь…» Однако и там не было тела.
– Но я уверен, что не промахнулся. Я не мог не попасть в такую мишень!
И тут Моран насторожился. Он заметил на камне коричневатое пятно. Нагнувшись, он понял, что это свернувшаяся кровь.
Ну, конечно, я не ошибся, – прошептал он. – Наверняка попал и даже убил. Но где же жертва?
Он еще раз внимательно осмотрелся, но не обнаружил ничего: ни тела, ни следов.
Боб задумался.
Нет, это не сон,– громко проговорил он.– Пятно крови – доказательство тому. Но факт остается фактом: моя жертва, кем бы она ни была, испарилась. Прямо скажу, эти рогатые чудовища – большая загадка.
Едва он произнес эти слова, как услышал какие-то крики и увидел группу негров в шортах, с ружьями, а с ними белого, тоже вооруженного. Поскольку в их действиях не было ничего угрожающего, Моран двинулся к ним. Негры остановились, а белый подошел к французу и, кивнув на самолёт, спросил:
– Это ваша машина?
Боб утвердительно покивал в ответ.
– Да, моя. Вчера вечером у меня сломался мотор и я был вынужден приземлиться здесь.
– Так это вы тут палили ночью? – снова спросил незнакомец.
Моран опять утвердительно кивнул.
– Совершенно верно. На меня, напали какие-то странные существа с когтями и рогами…
Лоб незнакомца пересекли морщины.
– Странные существа с когтями и рогами…– как эхо повторил он. – Наверное, вы тоже имели дело с демонами водопадов…
Пока они так разговаривали, Боб изучал своего собеседника. Это был человек высокого роста, лет около тридцати, блондин с небольшой бородкой, довольно симпатичный, несмотря на не слишком выразительные бледно– зеленые глаза.
– Демоны водопадов? – переспросил француз. – Как это понимать? Мне начинает казаться, что ваши «демоны» скорее негры в ритуальных масках, только и всего…
– Может быть, может быть. Но не стоит сейчас заниматься объяснениями. Я – владелец плантации, которую вы, наверное, видели сверху, здесь, неподалеку от реки, за этим леском. Если вы не против, то будьте моим гостем, и мы поговорим о демонах водопадов… Но я забыл представиться. Меня зовут Питер Ван Хорн…
– А меня Робер Моран…
Они пожали друг другу руки. Потом в окружении негров они двинулись в направлении реки.
Плантация Ван Хорна была процветающей и обширной. С севера и запада ее окаймляла река Н’Толо, с востока – плато Балебелс, а с юга – лес. Её создал отец Ван Хорна еще в прошлую героическую эпоху, а после его смерти дело продолжали сыновья Ян и Питер. За год до этого, когда братья отправились на юг поохотиться вместе с одним из местных проводников, Яна убил буйвол, и Питер похоронил его в джунглях неподалеку от реки. Таким образом Питер стал единовластным владельцем плантаций при символическом контроле администрации Колониальной службы.
В послеполуденный час, сытно и вкусно пообедав, Боб Моран и Питер Ван Хорн сидели со стаканами в руках на широкой крытой галерее, окружающей комфортабельное бунгало плантатора. В нескольких сотнях метров от них блестела, как ртуть, река, а на берегу в складах, крытых рифленым железом, хранились тюки и ящики с товаром, который должен был забрать очередной пароходик.
Боб еще раз восхитился организацией этой плантации, которая делала владельца человеком весьма обеспеченным, а точнее сказать, просто богатым. Об этом он и сказал Питеру Ван Хорну. Но тот поник головой.
– Да… До сего времени владение плантациями было делом доходным. К несчастью, как я полагаю, дело подходит к концу…
– К концу? Что вы хотите сказать? Неужели возникли трудности со сбором урожая?..
– Дело не в этом, вернее, не совсем в этом. Сбыт идёт хорошо, но прежде, естественно, урожай нужно собрать. А это стало почти невозможным, поскольку с появлением жюжюрусов рабочие уже месяц как сбегают один за другим.
Боб Моран удивился.
– Жюжюрусов? – переспросил он.
