Леонид мои старания оценил. Нет, он не стал мне делать никаких пошлых комплиментов. Просто, когда я вышла из комнаты, он так на меня взглянул, что сразу поняла: не напрасно старалась. И как-то весь приосанился рядом со мной. И двери придержал, и руку подал на лестнице. Может, конечно, он и всегда так себя ведет с женщинами, когда не обвешан пакетами или не ведет собаченцию на поводке, но все равно, принимать эти знаки внимания было приятно. На завод мы с ним приехали, разумеется, на его машине. Тут он тоже оказался на высоте: и дверцу открыл, и руку подал. Дальше наши пути расходились: мой путь лежал ко мне в офис, а Леонида возле самой проходной уже поджидали директор завода и, так сказать, другие официальные лица из администрации, уже предупрежденные о прибытии гостя моим утренним звонком на завод. Из-за них нам даже попрощаться толком не удалось, но я не особо из-за этого расстраивалась: все равно вечером увидимся. Вернется ведь за Тисом. А жаль! Эх, мне бы такую собачину! Хотя, может, и впрямь заведу, как только закончатся мои передряги. И для души, и, так сказать, для тела тоже: вон сегодня как с Тиской скакала в парке, лучше всякой зарядки, да еще и на свежем воздухе. После этого даже без кофе чувствуешь себя бодрячком. Это еще по Дрейкусе у меня не раз проверено: когда песья морда приходит тебя поднимать в шесть утра, кажется, что весь белый свет не мил. Но когда, ворча на эту морду, которой дома не сидится, выйдешь с ней на улицу, да глотнешь предрассветного воздуха, да птичек услышишь, да ощутишь всю эту дивную утреннюю свежесть, тут уже и благодарить пса хочется за то, что он тебя все-таки вытащил. Даже в плохую погоду — все равно, есть в этих прогулках что-то особенное.
На обед я позволила себе только салатик. Впрочем, для меня это не было трагедией: основная борьба с аппетитом у меня начиналась по вечерам. И, как я уже успела заметить, накатывал он в основном от скуки, а с этим у меня пока вроде как было все в порядке, скучать особо не давали. Вот, например, к концу обеда Николай позвонил и спросил, не сможем ли мы сегодня увидеться. Но я, не зная, во сколько Леонид приедет ко мне Тиску отнимать, решилась соврать, что ко мне родственник приехал в гости. Кстати, не так уж и соврала, учитывая, что все мы произошли от одних общих предков — Адама и Евы. Николай, вздохнув, согласился отложить нашу встречу как минимум на пару дней, так как на завтра и послезавтра у него у самого какие-то дела намечались. Я, конечно, тоже огорчилась, что не встречусь с ним, но решила, что проведу это время с пользой, позанимаюсь в фитнес-клубе.
Однако, как выяснилось, с этими планами я несколько поторопилась. Вечером, в самом конце рабочего дня, мне позвонили с неизвестного номера. Честно признаться, я вначале даже испугалась: не из бандитов ли кто-нибудь надумал со мной пообщаться? Но, потаращившись большими глазами на играющий телефон, решила, что даже если это и бандиты, то все равно надо с ними поговорить и расставить уже все точки над «i». Поэтому ответила, к своей радости, узнав по голосу Леонида.
— Людмила, это Леонид. У вас все в порядке? — поинтересовался он, услышав мое хрипло-каркающее «да?»: голосок от волнения все-таки подвел.
— В порядке, — с облегчением призналась я и пояснила: — Просто, особенно в последнее время, я настороженно отношусь к незнакомым номерам.
— Ну, тогда запишите себе этот номер, чтобы он больше вас не пугал, теперь это мой.
— Хорошо, запишу. А мой-то вы откуда узнали?
— Попросил в отделе кадров. Надеюсь, вы не будете сердиться на них за то, что они мне его дали? А звоню я, чтобы спросить: вы когда домой собираетесь?
— Да фактически уже собралась.
— Вот и чудесно! Тогда выходите на проходную, и я вас там подхвачу! Буду ждать!
Действительно, ждал! И даже не один, а с букетом цветов, которые сразу и вручил мне, под шпионящими взглядами моих сотрудников, с любопытством замерших в своих машинах. Ну, поползут теперь слухи! Я только хмыкнула, представив себе старания нескольких наших информационных активисток.
— Вы это над чем? — поинтересовался Леонид, открывая мне дверцу машины.
— Над зрительным залом, который мы собрали. Вы здесь, как я погляжу, не последняя фигура. Благодаря вам, может, теперь даже секретарша нашего директора начнет меня в лицо узнавать, после стольких лет моей работы на предприятии.
— Людмила… — Леонид, кажется, растерялся. — Простите… Это с вашей стороны ирония? Или же укор в мой адрес, что я вам невольно создал нежелательную рекламу?
— Нет, не укор, рекламируйте, — благодушно разрешила я, располагаясь в машине поудобнее. — Тем более что в свете последних событий мне уже никакая реклама не страшна. С тех пор как мой супруг дал мне отставку, мне все слухи стали до лампочки.
— Он?! — удивился Леонид. — Дал вам отставку?!
— Ну да. А что, я не смахиваю на жену запаса, списанную со службы?
Не торопясь заводить машину, он окинул меня внимательным взглядом и только после этого ответил:
— Честно говоря, нет.
