– Была причина. Суди сама, важная ли. – Она взглянула на Вулфа, помолчала. – Сию, это мой родной сын Армул. В Инисе его назвали Вулфом.
Сию словно не верила своим глазам. Вулф с настороженным любопытством ответил на ее взгляд.
– Родной сын, – повторила Сию. – Правда?
– Думаю, да.
– Я так рада за тебя, Тува. Вот ты и вернула свое дитя. – Она невесело улыбнулась. – Не придется тебе больше порочить свое имя такой бедной дурочкой, как я.
– Ох, Сию, нет, нет! – Тунува снова прижала ее к себе. – Я ничему в жизни так не радовалась, как нашему общему имени. Ты моя, как всегда была. Просто я не могла не узнать…
Сию кивнула ей в плечо. Тунуве вдруг припомнился день, когда Эсбар рассказала родной дочери всю правду, и Сию, вбежав, бросилась ей на колени и обняла за шею: «Тунува, я тебя люблю. Я так горжусь, что ношу твое имя!»
– Я бы ради Лукири так же поступила, – сказала ей Сию.
Она заметила Канту и подошла поцеловать ту в щеку:
– Канта, и ты уцелела. Как хорошо, что все вы вернулись.
– Привет, милая Сию, – улыбнулась Канта. – И я рада вернуться. Лукири здорова?
– Да, набирает силу.
– Сию, Эсбар здесь? – спросила Тунува.
Сию ответила осторожно:
– Да. Мы были в Исрике, но Эсбар велела нам вернуться, пополнить магию и припасы. Нам на смену ушли те, кто ждал здесь. Давай я найду… Вулфу место, где выспаться? – предложила она, с любопытством испытывая на вкус инисское имя. – Дорога наверняка была трудной.
– Если можешь. Спасибо, солнышко.
Сию взяла его за руку. Вулф, увлеченно оглядываясь по сторонам, пошел за ней.
В ее солнечной комнате горел светильник. Тунува растрогалась, увидев, как здесь тепло и светло. Хоть она и бросила обитель, а комнату держали для нее наготове. Она открыла сундук, переоделась в чистое. Очень хотелось лечь и уснуть.
– Тунува.
В дверях стояла Эсбар, в светлом абрикосовом шелку, перехваченном в талии.
Волосы, отросшие до лопаток, она убрала назад, открыв янтарные серьги. И у нее, как у Сию, прибавилось шрамов и мышц. Телом крепка, а вот лицо… лицо выдавало, как тяжела ноша вождя. Потухшие глаза запали – твердые, как камешки. Тунува закрыла сундук, встала.
Эсбар смотрела на нее, стиснув челюсти. Впервые за тридцать с лишним лет Тунува не знала, что сказать любимой женщине, ведь так много было сказано, а оказалось – мало.
– Ты его нашла? – заговорила наконец Эсбар, так и оставшись на пороге. – Сына.
– Да. Он был на Севере. – Тунува тоже не тронулась с места. – Эсбар, прежде всего прочего тебе следует знать, что по меньшей мере некоторые из восточников пособничают змеям и сами владеют змеями. Один такой напал на нас в горах, и на нем летели две женщины. Они, несомненно, в союзе – на змее даже седло было.
– Кто-то из них владеет магией?
– Не могу ответить. Змей бросился на меня, едва увидев. Я мало что разглядела, – призналась Тунува. – Думаю, в нем магия того же рода, что у Канты. У меня вырвалось алое пламя, чтобы отразить его нападение.
Эсбар кивнула:
– Что это значит для нас, подумаем после. Пока и без того достаточно дел. – Она скрестила руки. – Ты уверена, что нашла именно Армула?
– Принявшая его инисская семья звала его Вулфертом Гленном, но это рожденный мною ребенок. Я узнаю лицо. Вижу в нем Мерена.
– Значит, Канта не ошиблась. – Эсбар шагнула в круг света. – Тебя долго не было. Я боялась, что ты погибла.
Она села у огня и добавила:
– И еще боялась, что ты решила не возвращаться.
– Ты же меня знаешь…
– Думала, знаю.
Тунува подтянула второе кресло, оставив между ними низкий столик.
– Сию сказала, вы были в Эрсире.
– Да. Для Дарании я сделала все возможное, но там полчища этих зверей, и у них одна цель – разрушать. Боюсь, пока это кончится, нас в живых не останется, – тихо добавила Эсбар. – Я держалась веры, как огонь фитиля, но фитиль уже почернел и свернулся.
– Мать проведет нас до конца, Эсбар.
– Обитель – может быть. А нас с тобой?
Тунува не думала, что ей еще когда-нибудь станет так холодно, – пока Эсбар ак-Нара не задала этот вопрос.
– Тебе решать. – У нее перехватило горло. – Для меня ничего не изменилось.
Эсбар ушла глубже в кресло.
– Я столько лет смотрела, как ты горюешь, – сказала она, – а когда у тебя появилась надежда, не стала ее раздувать. Просто я испугалась, что эта надежда лжет, Тува.
– Ты поступала, как считала правильным. Я с отчаяния наделала глупостей.
– Все мы глупеем, когда речь идет о любви, – выдохнула Эсбар. – Армулу… Вулферту здесь рады. Признаться, мне любопытно на него посмотреть. Я рада, что ты еще немного со мной.
У нее разом переполнились глаза. Эсбар так давно не плакала. Тунува через стол дотянулась до ее руки, сплела пальцы.
– Этого довольно? – звенящим голосом спросила Эсбар. – Теперь тебе довольно будет нашей жизни, Тува?
– Мне ее всегда было довольно. Просто я хотела знать.
Эсбар стиснула ее пальцы.
– Я дня больше не проживу без тебя, – шепнула она. – Будь со мной. Прости меня, и я тебе окажу ту же милость. Давай делать то, для чего мы родились.
Тунува склонилась к ней, прижалась лбом ко лбу. Они сидели так долго: дышали, были вместе.
