– И как ты тогда собираешься туда влезть? – скептически скривил губы Митька. – У тебя взрывчатка есть? Тут без бомбы – никак!
– Взрывчатки нет. Но есть джип! – похлопал рукой по коже машины. – Что-нибудь придумаем.
Мы вышли из джипа и пошли к дверям райотдела. Я посмотрел на дверь, и настроение у меня сразу упало. Никаких шансов. Дверь открывается наружу, а ручка на ней – одно название, а не ручка. Потяни за нее лебедкой, как я рассчитывал, и оторвется просто на раз.
Обошел вокруг… тут была дверь, с тыла здания, но заложена кирпичом. Еще есть два окна, заделанные толстенной решеткой, чуть не в палец толщиной. Одно окно из дежурки, другое сбоку, видимо, куда-то в кабинет. Ну что же… глаза боятся, а руки делают? Как говорил мой дед… эх… дед, дед…
Сходил к джипу, достал топор. Мужик, который раньше владел этой машиной, хорошо подготовился к бездорожью, все-то у него есть: и лопата, и домкрат, здоровый такой, красный, реечный. И само собой топор. И мачете тоже есть. Нет, не из тех, что мы забрали у отморозков, – свое было в джипе.
Я положил топор на плечо, как лесоруб, подошел к окну дежурки и с размаху двинул этим оружием селянина. И викинга. Топор жалобно зазвенел и едва не вырвался у меня из рук – черт подери, броня! Бронированное окно! Кто бы мог подумать, правда же?
Митька за спиной пыхтел, советуя почему-то бить обратной стороной, обухом, но я его не слушал. Похоже, что проникновение в райотдел будет не таким уж и простым, как мне это казалось после того, как я нашел джип.
Второе окно, ведущее в какой-то кабинет, оказалось пластиковым. Поддалось оно достаточно легко, если считать легким двадцатиминутный тарарам топором. Это уж потом сообразил: а на хрена я рубил окно по всему периметру? Мне что надо? Дырку, в которую я смогу протянуть трос от передней лебедки джипа к решетке, и хорошенько потянуть. А я что наделал?
Туплю! Ой как туплю! А время идет! Летние дни, конечно, длинные, но скоро и ночь! А ночью все-таки лучше отдыхать, тем более если ты с утра ой как потрудился! Да и силы полностью еще не восстановил – это выяснилось после сеанса «танцев с топором».
Когда до меня все-таки дошло, что надо перестать тупить, я тут же опустил топор и побрел к джипу, чтобы подогнать его ближе. Поставить так, чтобы можно было зацепить и потянуть. Вот только разобраться бы еще и с лебедкой… я же ей никогда не пользовался! И даже не представляю, как пользоваться!
С лебедкой мы разбирались минут тридцать. Пока нашли дистанционное управление к ней, пока нашли крюки, карабины, все они были спрятаны в ящике под деревянным настилом в багажнике. Там были всякие такие штуки, и, честно сказать, я не особо в них разбирался.
И, как ни странно, помог Митька. Он уверенно показал на хреновину с колесиком и заявил, что это полиспаст – блок увеличения тяговой мощи лебедки. На что я только хмыкнул и сказал, что, конечно, я знал, что он умный, но чтобы настолько? Митька похихикал и объяснил: его сосед дядя Миша занимался такой хренью – катался по соревнованиям внедорожников. И у него этой лататы было много. И он, Митька, с другими пацанами толкался у него в гараже. Ну, типа кружок по интересам! Иногда помогали и ремонтироваться, а пару раз даже съездил с ним на соревнования – тут, под Саратовом. Было очень прикольно, но главное – он запомнил, как и что делали. И вот этот полиспаст точно запомнил – название уж больно такое… хитрое! Трудно забыть!
Странное, конечно, заявление – такое дурацкое название и не запомнишь! Но поверю Митьке – какая мне разница по большому счету? Якобы вот этот дурацкий кругляш увеличивает силу лебедки раза в два. Что мне и надо. Если лебедка тянет на девять тонн (если я правильно прочитал на лебедке! Может, это фунты?), то тогда сразу будет восемнадцать! И каюк проклятым решеткам!
Потом мы цепляли крюк, приделывали полиспаст и, включив лебедку на разматывание, вытянули выглядевший совсем не серьезно ее трос. Митька уверял, что это очень даже крепкий трос, выдержит что угодно, например, даже если на нем подвесить этот джип к ветке баобаба, как было показано в каком-то старом фильме. Ну что же, поживем, увидим.
В общем, управление лебедкой я с облегчением отдал Митьке. Сам сел за руль джипа, завел его и, зажав тормоз, увеличил обороты двигателя – ну чтобы электричества для лебедки шло сколько требуется. Так Митька сказал, вроде он это все видел. А сам он включил лебедку на подтягивание.
Секунды тянулись будто резиновые. Я до боли закусил губу, глядя, как натягивается звенящий от напряжения трос. Машина буквально дрожала, пытаясь сорваться с места, и, если бы земля не была сухой, джип точно подтащило бы к стене. И только я хотел сказать Митьке, что, скорее всего, у нас ничего не выйдет, как вдруг кирпичная стенка буквально взорвалась, выбросив куски кирпича и явив миру концы толстенной решетки, наполовину выдранной из оконного проема.
