Ну что за дурацкая манера! Вместо того, чтобы заняться конкретикой – в данном случае поиском работы, он… то есть ты… то есть я – философствует. Нет, филологствует… Нет, всё что угодно, только не фило-лого, хоть ты и закончил университетский филфак. Вот именно: фил – фак! В смысле – ф-а-ак-ю!
– Приветствую тебя, Игорь Петрович! Не помешал?
– А-а, коллега… Ну, здравствуй. Что скажешь?
– Вот, увидел объявление в твоей газете, нового генерального на телегид ищете. Так чего искать-то, вот он я. Свободная топ-единица на рынке труда. Готовый профи. Ты ж мой послужной знаешь.
– Ну… Слышал-слышал, как с тобой Димодеев нехорошо… А тебе сколько?
– А сколько у вас в штатном расписании?
– Да нет, я не об окладе, я о возрасте.
– А! Так мы ж почти ровесники. Я чуток моложе.
– Да-а… Не-е, брат, нам таких возрастных не надА. Что – опыт, говоришь? Да на кой нам твой опыт? Мы сами опытные, ха-ха! Нам сполнители надА. Молодые чтоб, рогом землю рыли, копытом били… Лет двадцать семь, ну тридцать, в край. Такой надА, чтоб в рот смотрел, да не в свой, а в мой – в мой руководящий рот чтоб смотрел! Я только подумал, а он уж сполнять бежит. Ну а тебя возьму – ты ж на должности не ниже моей сидел… если не ошибаюсь – второй уж десяток в топах ходишь. Свой бизнес даже имел. Комплексовать начнёшь, завидовать… Подсиживать! Да будешь, будешь, по себе сужу… Все мы, кто поднялся, кто, так сказать, вкусил… Так что не могу, дорогой. Да ты не переживай, ты-то не пропадёшь, я тебя знаю. Это вот если меня, не дай Бог…
В трубке явственно прозвучало: «Тьфу-тьфу-тьфу!» И хрюкнуло как будто даже испуганно.
– Слушай, а ты Ванякину не звонил? Нет? Так позвони – он третьего главреда за год уж турнул. Ну, не сахар, конечно, под Ванякиным ходить… Одно слово: Ваня-я-кин… Да! Что я тебе рассказываю, ты ж его тараканов лучше меня знать должен. Сколько, года два он в твоём отделе репортёром отработал? Диалектика, понимашь… Теперь он – директор, а ты… Хотя, конечно, идти к Ванякину… Так, как он людей ненавидит, даже у меня не получается, ха-ха! А не хочешь к Ванякину, звякни Песневу – у этого кадра тоже вроде вакансии есть.
Я чуть не выматерился в телефонную трубку.
– Ну ты, Игорь Петрович, и насоветовал. Ты сам-то с ними бы сработался?
– А тебе, мил человек, золотое ты наше перо когдатошнее, выбирать теперь не приходится. Хоть чёрту в зубы, лишь бы зарплату платили. В своём-то деле не удержался! Ну, будь! Люди тут у меня…
Пи-пи-пи-пи… Вот нехороший человек. Трубку бросил. Но солидарность вроде как проявил. Это ж надо – дожил я. Доработался. До Ванякина и Песнева. До этой челяди сильных города сего.
Я удручённо крякнул. Эти два типа в 90-е прославились не талантом и даже не профессиональными умениями, а главным образом неумеренной страстью к халяве. Тогда случился настоящий бум всяких-разных презентаций – фирмы росли как грибы, и каждый из новоиспечённых учредителей считал делом чести начать свою деятельность с широкой гулянки. Потом отмечали год с начала деятельности, и два, и три – некоторые даже умудрялись дотянуть до пятилетнего полуюбилея. В общем, почти каждый день проходили то презентации, то годовщины. И редкая из них обходилась без Ванякина. Можно сказать, он туда ходил то обедать, то ужинать – в зависимости от времени начала халявы. Ну и, соответственно, расплатиться перед организаторами норовил заметками да статейками.
– Так ты пожрал-попил, так ещё и гонорар с редакции слупить надеешься? – в какой-то момент, уловив его манёвр, сказал я ему. – Не слишком ли хорошо, братец, ты устроился?
И, как редактор отдела, стал «зарубать» его «отчёты» с презентаций, тем паче что его походы за халявой не являлись редакционными заданиями.
