Вскоре мальчишки пошли на поправку. Они почти ничего не помнили — только темноту, холод и странное чувство, будто они уже не совсем живы. И ещё странную улыбку, преследовавшую их в кошмарах.
Прохор наотрез отказался от денег:
— За это не платят, — покачал он головой. — И вот что ещё… Случится что странное — сразу ко мне. Не ждите.
Кто-то из мужиков предложил:
— Может, дом этот заброшенный снести от греха подальше?
— Нет, — покачал головой колдун. — Дом тут ни при чём. Тварь эта где хочет появиться может. Главное — детей беречь и друг за другом приглядывать.
Постепенно жизнь в Осиновке вернулась в привычное русло. Только ребята теперь бегали на речку, старательно огибая заброшенный дом, да взрослые начали внимательнее прислушиваться к словам детей.
Лёшка до сих пор всеми силами старается не проходить мимо того огорода. И хотя заброшенный дом давно ещё сильнее зарос бурьяном, иногда ему кажется, что в зарослях мелькает знакомая тень и слышится шелест, похожий на тихий смех. Так что адрес старого колдуна из Житного мальчишка запомнил хорошенько. Так, на всякий случай.
— Дядь Коль, расскажи нам с ребятами, как ты в деревню оборотней попал в тайге, — попросил я своего седобородого дядьку, когда у меня собрались друзья, с которыми мы вместе закончили университет и готовились стать геологами, как и дядя в молодости. Сегодня он заехал к моему отцу на рюмочку чая и застал нашу компанию, которая только в прошлом месяце распрощалась со студенческой жизнью и через пару недель должна была разъехаться на свою первую работу.
Дядя начал работать ещё в советские времена и перестал быть геологом в конце 90-х. Историй у дядьки за двадцать пять лет геологоразведки накопилось множество, но одну я любил особенно. Причём, чем старше я становился, тем больше повествование дяди Коли обрастало подробностями, которые он мне открывал, считая, что я могу понять тот или иной момент. В тот раз он рассказал её совсем по-новому.
— Ладно, молодые спецы, наливайте мне и себе чай, расскажу, — добродушно согласился дядя Коля. — Будете коньяк пить, не будет истории. Успеете ещё с алкоголем в тайге познакомиться.
Когда все дядины условия были выполнены, он начал рассказывать.
В 1987 году я отправился в составе группы товарищей открывать коренные и россыпные месторождения золота в Иркутскую область. Нам поставили приличный план на летний период, который мы с успехом выполнили, ожидали хороших премий и отправки в город на отдых. Через полторы недели за нами должен был прилететь вертолёт и забрать из тайги в цивилизацию. Вот вся группа из двенадцати человек и занимала себя, кто чем. Энергия из меня тогда била ручьём, и мы с моим лучшим другом Виталей, тоже геологом, продолжали исследовать окрестные леса вокруг нашего лагеря. Тогда-то у Виталия и возникла идея, приведшая нас обоих к совершенно неожиданному итогу.
— Колян, давай с тобой на Патомский кратер сходим, посмотрим. Всего сорок километров отсюда. Другой такой возможности может не быть. Пара дней туда, пара обратно! — убеждал меня загоревшийся идеей друг, поправляя расшитый вручную красный платок на шее, подарок любимой жены. К тому времени мы с ним были уже довольно опытными специалистами и в ориентировании на местности в том числе. С компасом, картами и прочим добром заблудиться было сложно. Тем более на таком небольшом по меркам тайги расстоянии.
— Но это против правил, хотя идея мне нравится, — напомнил я товарищу про строгие инструкции.
— Петрович отпустит, я договорюсь с начальником, — усмехнулся Виталий, напомнив мне, что Сергей Петрович — хороший друг его отца. В его словах был резон, протекция действительно была, как и богатый опыт моего друга в прохождении тяжёлых маршрутов по малоизвестным местам. Причём даже в зимнее время. А сейчас было лето, тепло, и мы были хорошо оснащены, в том числе лёгкими переносными радиостанциями «Карат» для связи между членами экспедиции. Основную связь с цивилизацией обеспечивали две широкодиапазонные армейские «Р-159», а мелких «Каратов» с дальностью действия до ста километров было целых пять штук. Одну из них, с запасным блоком батарей, мы рассчитывали взять с собой, если получим разрешение на поход.
Виталий отправился в палатку к руководителю. Бурный разговор, прекрасно слышимый с того места, где я находился, затянулся на полчаса. Наконец, Виталик вышел из палатки Петровича довольный. По его радостной физиономии было понятно, что добро получено.
— Завтра с утра выходим, берём ружья, фотоаппарат, продукты на неделю, палатку, рацию и двигаем. Петровичу две бутылки коньяка будем должны по возвращении в город, — сообщил он. Мы стали готовиться к походу.
Утром выдвинулись с рассветом, взяв самое необходимое. Не забыл, конечно, свой любимый складной нож, подаренный мне давным-давно моим дедом, ветераном. Трофейная вещь с выгравированной головой волка на рукоятке, добытая им в немецком замке. Так он говорил. Надёжнейшая штука, которая отлично работала несмотря на почтенный возраст.
