А во дворе сельский оркестр — двадцать два музыканта, все как на подбор молодые, красивые, в ярких костюмах. Не видно только дирижера. Вместо него тон задают наши друзья — Кирикэ, Илие, Аристел, Каталина, Григ, Грэкилэ. Они снова вместе.
Играют!
— Симион, слышишь?!
— Слышу… Кто там еще?
— Это я, Торня… Выйди на минутку!
— Постой, корову подою… Мать ее в христа бога… Надо же, в ведро навалила!..
— Да брось ее, дуру рогатую! Дело есть… выйди!
— Иду, чего орешь? Какое дело?
— Симион, бежим на майдан! Там один… залупается…
— Наш? Напился, что ли?.. Так пусть идет проспится.
— Во-первых, он тверезый, а во-вторых — не наш. Черт его знает, откуда он!
— А чего хочет?
— Сам не пойму… Пришел, понимаешь, остановился, поглядел вокруг да как плюнет! Вот так: тьфу! Прямо посреди села!.
— Это на кого же он?
— Я и говорю!
— Посреди села?
— Об чем речь! Так всякий плевать будет…
— Все ясно. Беги туда, я догоню. Подою корову и приду.
— Что тебе приспичило… Не упустить бы!
— Сказано: подою и приду. А ты бы зашел до Гаврила, пусть бы он тоже…
— Думаешь?
— Делай, что говорят! До Гаврила зайди, до Петри…
— Гаврил! Слышишь, Гаврил?!
— Что вам Гаврил дался!.. Спит он. Пришел с купанья и спит.
— Я не до вас, тетя Костандина, я до вашего зятя… Где он?
— Выйди, дочка, тут Гаврила зовут… Не знаю кто, мои глаза не видят, сама посмотри! Да накинь что-нибудь, бесстыдница, — вроде мужик у ворот…
— Здравствуй, Торня. Что ты шумишь в такую жару? Сегодня воскресенье, мы спим.
— Надо, Федуца, надо… Где Гаврил?
— Мама же сказала тебе — отдыхает. Помылся на речке и теперь лежит в холодке.
— Еще належится, разбуди… Дело срочное! Скажи, что я, Торня, зову… А, вот он сам! Гаврил!
— Раскричался… Чего тебе?
— Беда, Гаврил! Одевайся — речь идет о нашей чести! И не спрашивай ни о чем… Симион сказал, чтобы я зашел до тебя… Чужака надо проучить!
— Мда… а мы как раз задремали… Я искупался, лег в холодке… Так что там стряслось?
— Я рассказывал Симиону… Пришел неизвестно откуда, стал посреди майдана и плюется! Еще и ноги раскорячил! Огляделся вокруг и — тьфу! Прямо посреди села!
— Федуца, дай попить… Это кто же такой осмелился плевать посреди села?
— Вот и я говорю: кто он такой — плеваться? Тоже верблюд нашелся! Маленький такой, чернявый… не из наших краев. Плюнул и еще этак огляделся вокруг!
— И ничего не сказал, не спросил? Плюнул — и все?
— Все.
— А ты где был?
— Рядом.
— Что ж ты ему не врезал?
— Я за вами побежал… Бери что-нибудь тяжелое — и пошли!
— Знаешь, ты иди, а я догоню… одеться надо. Стой! Зайди за Обэзикой, пусть он тоже…
— А он, думаешь, дома?
— В воскресенье?.. Скажешь, я тебя прислал.
— Ладно, бегу!
— И к Астроному зайди!
— А к кому сперва — к Астроному или к Обэзике?
— Сам смотри, куда тебе ближе.
— К Астроному, пожалуй, ближе…
— Ага… Стой! Хорька не забудь. Он у нас самый шустрый. А если его еще разозлить — зверь!
— Точно! И он там рядом живет. А застану?
— Застанешь. Я перед обедом видел — он за своим пацаном бегал, отлупить хотел…
— Астроном! Эй, Астроном! Это я зову, Торня!
— Обожди, сейчас сын выйдет.
— Зачем мне твой сын? Сам выходи!
— Скажи ему, что тебе надо, а он передаст.
— Дяденька, папа спрашивает, что вам надо…
— Я его звал, а не тебя… Что он делает?
— Обедает. Он сказал, чтобы вы мне сказали…
— Слышал, не глухой. А долго он будет обедать?
— Долго, потому что медленно кушает. Все уже поели, а он еще нет. Он всегда последний, потому что ждет, пока остынет. Он говорит, кто ест горячее, тот зря кишки турбует…
— Диетчик несчастный… мда! Знаешь что, парень? Передай ему, чтобы ел поскорее — и на майдан!.. Нет, пусть сидит дома, я еще зайду. Забегу к Обэзике — и обратно сюда… понял?
— А дяди Обэзики нет дома.
— Как — нет?
— Он жену к теще повел… не хочет с ней жить.
— Нехорошо… Тогда скажи папе, чтобы, по крайней мере, ел поскорее. Стой, я сам скажу… Здоро́во, Астроном! Пока ты тут телишься, один плюется прямо посреди села!
— А что, негде ему больше?
— Вот ты и спроси!
— Сейчас… поем только.
— Какого черта…
— Знаешь, Торня, ты в моем доме не чертыхайся, а то…
— Уйдет ведь! Ты бы хоть детям велел дуть тебе в борщ! Если на то пошло, давай я подую! Опоздаем!..
— Ты не горячись… Ты пока зайди к Кырче. Если мы с Кырчей…
— А сам-то?!
— Вот поем и приду…
— Кырча! Кырча!
— Торня, не дери зря глотку… Ушел сосед!
— А ты, Ксенофонт, что стоишь? Хватай вилы и беги на майдан! Постой… Сыновья дома? У тебя ведь трое! Пускай тоже по колу захватят! И другого соседа позови, Параскива!.. Эй, Параскив, это я, Торня! Что вы рты раззявили? Нас оплевали, а вам хоть бы хны! Хватайте что кому под руку попадется и — на майдан! Что ты сказал? Догонишь? Очень хорошо! Чужака надо проучить! Будет знать, на кого плевать, а на кого — погодить. Только поживей, парни, да еще кого-нибудь прихватите… надо бы всех мужиков собрать! А я к председателю смотаюсь, введу в курс. Как-никак у нас триста семей, люди уважаемые, достойные, по всему району славятся. Поняли?.. Бегу!
— Беги, беги… мы догоним!
— Товарищ председатель! Товарищ председатель!
— Не кричи, нет его. Здесь только я, сторож.
