Теперь со стороны противников вышло три би-боя. Один по центру, двое по боку от него на шаг позади. Тот, что спереди вполне мог оказаться Артемом, вроде и по росту подходит, и по телосложению. Хотя не факт. Тот парень, что еще не танцевал, седьмой участник, ждущий своей очереди, тоже может им оказаться. Так что из всей толпы я отметила из двоих. Первый парень, не буду называть его Артемом, пока не удостоверюсь, начал с выполнения несложных движений, волнообразных четко фиксированных вращений шеей головы, плечами, руками, туловищем, бедрами, ногами, которых и придерживался все свое выступление. А те парни, что по бокам, один с рваной прической черных как смоль волос, другой блондин с хвостиком, выполняли идентичные кручения на согнутых руках, с подобранными конечностями, затем с раскинутыми, снова подобранными, у меня аж в глазах зарябило от их быстроты.
Снова наша очередь, интересно, кто из парней следующий. Увы, узнать мне это суждено не было, потому что впередистоящий, который возможно Артем, подскочил к ничего не подозревающей ко мне и, галантно опустившись на колени, пригласил прошествовать на середину сцены. Я кинула умоляющий взгляд на брата, который смотрел на меня не менее умоляющим взглядом, мол, давай, систер, не подведи, плиз. Как я могу ему отказать? Собрав всю волю в кулак, я последовала за пригласившим меня парнем, зал ободряюще хлопал мне и отдельные личности выкрикивали мне лестные комплименты. Но дойти до середины без приключений, конечно же, не удалось. Сделав пару шагов, весь зал померк во тьме, отключилась вся подсветка и музыка, в ДК вырубилось электричество.
Одновременно с этим на моем телефоне, находившемся во все еще висящем на плече клатче, затрезвонил телефон, разливаясь в неожиданно замолкшем помещении трелью лиричной песни «Never Say Never», и запястье руки, которую держал в своей ладони «Артем», засияло фосфоресцирующим составом, которым подведена моя татуировка. Вот значит зачем и чем Леся так тщательно мою руку обрабатывала. Так великолепно смотрится, что глаз не отвести. И эта мелодия, полная романтики, и теплая мужская ладонь… Честное слово, если бы он не развернулся, привлекая меня к танцу, я бы сама это сделала. Так приятно ощущать себя ведомой в ритме неожиданного танца, который сплетает не только тела, но и чувства. Мне бесконечно нравится ощущать его руку на своей талии, теплое дыхание, от согнутой к моему уху головы, заставляющее волосы на затылке встать дыбом. Не возражаю, если бы танец длился вечно, но мелодия смолкла, а разлившееся вокруг нас поле все еще отдавало электрическими импульсами. Но и они закончились, вытесненные криками возмущенной толпы. Я отодвинулась от партнера, сделав шаг назад, споткнулась об кого-то, прокувыркнулась пару раз и приземлилась на кое-кого мягкого и большого, сразу же сообщив, что этот подарок, снесший его с ног, есть я, Лена.
– Ленин, можно встать уже, – отозвался Леон, имеющий манеру называть меня, как ему заблагорассудится.
– Угу, спасибо, прости.
Со всех сторон люди повытаскивали мобильники, подсвечивая себе путь, у кого-то была функция фонарика, на них и возложили миссию по выводу людей на волю. Меня схватили за руку и поставили на ноги, а затем, поинтересовавшись, как это я упустила своего кавалера, чьи качества отбирала с особым рвением. В голове в момент щелкнуло, все сопоставилось, и я радостно известила:
– Это ты должен за мной бегать!
От подобной наглости я и сама опешила, но что сказано, то сказано, а вот он, кажется, привык к девушкам, умеющим набивать себе цену, потому что тут же парировал огорченным тоном:
– Я бегал, искал, по всем уголкам проверил, а обнаружил, – тут тон сменился. – Только на сцене! Думаю, нас устроит ничья с вашей командой…
– Да мы бы вас под орех разделали, – я возмутилась чисто из сестринских чувств к Егору, в чьей победе сомневаться нельзя.
– У нас тоже свои фичи13 есть, – похвастался мой кавалер.
– Что? – Не поняла я новое для себя слово.
– Фишки. Мы тоже не промах, – говорил он, крепко держа меня за руку, чтобы не потерять в толпе, второго случая найти друг друга, боюсь, не представится.
– Не сомневаюсь! – мы подобрались к барной стойке и «Артем» опустошил бар на две бутылочки пива, а затем, держа их левой рукой, а меня правой, продолжил наше шествие в неизвестность.
Неизвестностью оказалась площадка крыши ДК, где кроме нас никого больше не было. Здесь он расстелил прихваченный пиджак, ух, какой он хозяйственный, и предложил мне сесть, а сам пристроился скромненько рядом. Вот уж точно чудесный вечер, точнее ночь – звездное небо, пустая голова, правда, было бы еще лучше, если бы все люди смолкли. Он всунул мне в руки пиво, предварительно откупорив, другое открыл для себя, а я думала, он трезвенник, но он объяснил, что никогда не позволяет себе даже глотка алкоголя перед танцем.
– Знаешь, я так рад, что мы с тобою познакомились, – перевел он тему.
– Я тоже, – обрадовала его я своим снисходительным ответом.
– Я Шерхан, – представился он, потянувшись к лицу, чтобы снять маску.
