– Почему обязательно собираться в таких пафосно-мрачных местах? Враги, если захотят, всё равно услышат, а люди просто сочли бы нас чокнутыми.
– Какой ты зануда! И как Аника умудрилась в тебя втрескаться? – Даррен игриво дует губы, и его серебряные глаза становятся матовыми.
Но Фриц не заливается краской. Сжав руку в кулак и стиснув челюсть, он резко вскакивает на ноги.
– Заткнись.
Янтарные глаза, влажные от слёз и полыхающие от ярости, впиваются в лицо ведьмака. Даррен, растеряв все эмоции, наблюдает, как на шее друга выступают вены, а грудь вздымается всё тяжелее.
– Мысль о ней – самое человечное и самое невинное, что осталось в моей чёртовой голове. Я вижу её каждый день, смотрю в её глаза, слышу её смех, чувствую запах её духов и прикасаюсь к ней своими отвратительными руками, ты понимаешь?! – сорвавшись на крик, Фриц ударяет ладонью по столу. Даррен, стоящий вплотную к нему, опускает голову. – Она смотрит на меня с жалостью…смотрит на меня, на мужчину, который должен её оберегать, с жалостью! А КОГДА Я УМРУ, ОНА БУДЕТ В ИСТЕРИКЕ, ПОНИМАЕШЬ? Я каждый долбаный день думаю, что мне делать и как себя вести, но в итоге она прерывает все мои никчёмные мысли каким-нибудь движением или улыбкой, от которой во рту сохнет, – усмехнувшись, парень запрокидывает голову и заливисто смеётся. Слёзы продолжают литься из его глаз, но голос оттого будто крепчает. – Ты забавляешься с Рошель, играешь её сердцем, воспоминаниями, пользуешься её зависимостью, издеваешься, как только душе угодно, а я…знаешь, что делаю я? Нет? Я ПРЕДСТАВЛЯЮ ЕЁ ПОЛНЫЕ УЖАСА ГЛАЗА. Если она случайно оказывается в моих объятиях, всё, о чём я могу думать…как
Длинные пальцы впиваются в бледную кожу так сильно, что костяшки белеют. Спустя долгую и мучительную минуту молчания его голос превращается в колючий, пробирающий до костей шёпот.
– Когда они с Рошель, плача, стали меня обнимать…я пожалел, что Аника не ведьма. Ведьма, возможно, смогла бы смириться с моим настоящим видом, – его широкие плечи опускаются, ладони соскальзывают на грудь, и пальцы впиваются в ткань рубашки.
Даррен поднимает голову. Струя чёрной вязкой жижи стекает по подбородку Фрица, и он наконец открывает глаза.
– Мне больно, – бросает парень хриплым голосом и, расстегнув рубашку, опускается на стул. – Сделай что-нибудь.
– Ты слишком долго находился вдали от меня, – Даррен наклоняется к другу. – Плюс ко всему, Ларс неплохо потрепал мои силы, вот нам и досталось наравне.
Принц кладёт ладони на шею Фрица, и замысловатые ледяные узоры медленно ползут по рукам ведьмака, вспыхивают при соприкосновении с человеческой кожей.
– Твоё тело подустало от косметики. Дай душе подышать, и боль пройдёт совсем.
– Нет.
– Уверен?
– Да.
– Как скажешь, – Даррен выпрямляется и подаёт другу платок. Тот комкает его и быстро протирает лицо. – Я люблю Рошель. И ты, думаю, с самого начала знал, что я предпочту её, – Фриц весело усмехается и щурится, будто пытаясь состроить забавную гримасу.
– Столько нервов ради такого очевидного ответа! Мог бы что-то поинтереснее или красивее придумать за столько-то времени. Я бы послушал.
– Но кое-что из сказанного ей навело меня на одну прекрасную мысль, – Фриц изгибает бровь. Даррен улыбается уголком рта. – Как думаешь, Аника смогла бы убить человека?
– Никогда.
– А Рошель?
– Думаю…да. Но сейчас она, скорее всего, не стала бы.
– Соответственно, нам придётся несладко. Но ты ведь тоже готов убить ради своей любви? – Даррен смотрит на друга светящимися матовыми глазами. Фриц глубоко вздыхает.
– То есть сейчас, выслушав мою речь, ты думаешь, что я скажу «нет»? С логикой у тебя явные проблемы.
******************
Кайл и Терра увлеченно играют в шахматы в просторной гостиной своего дома. Это – тот редкий час, когда Кайл может уделить внимание любимой сестре, но, к несчастью или счастью, их яростный поединок взглядов и умов прерывает появление незваных гостей.
– Вы? – Кайл недовольно фыркает и выходит из-за стола. Терра вздрагивает. – Что вам надо?
Фриц пожимает плечами не то со страдальческим, не то с меланхоличным видом, а Даррен широко улыбается.
– Устроить массовое отравление, чтобы впоследствии превратить его в массовое жертвоприношение…очень умно. Ты хочешь призвать в наш мир сильных ведьм и ведьмаков, чтобы превратить клан в правящее миром сообщество. Для этого нужно затратить огромное количество сил, и смерть сотен людей – достойная компенсация.
Кайл усмехается.
– Терра, иди в свою комнату.
Девочка соскальзывает со стула и, уставившись в пол, скрывается в коридоре. За большой раскидистой пальмой.
– Отличный план, не находишь? Я долго гадал, присоединишься ты ко мне или будешь создавать помехи, и ты выбрал второе, – ведьмак ухмыляется, присев на краешек стола. – По известным нам причинам.
