– Суета сует – все суета! – тихо заключил Сема, с жалостью глядя на суетящуюся толпу. – А где сестричка Катюша? – неожиданно спросил он.
– Какая? – удивился Главврач. – Ах да! Надоели мне эти бабы. Метаморфоз.
– Это как из гусеницы в бабочку?
– Хуже. Это как из головастика в лягушку.
В уютном парке «Окно в мир» было довольно многолюдно, как на 1 Мая, Международной праздник трудящихся. Внезапный удар колокола на башне святого Стефана, или, как ее сейчас называют, Биг-Бен, застал Сему врасплох, и он даже вздрогнул, но виду не подал. Дальнейшие прогулки по Елисейским полям с видом на Елисейский дворец, по аллеям прекрасного дворца Нимфенбург, поражающего своей непредсказуемой красотой и роскошью, и даже когда статуя Свободы опустила факел и подмигнула, Сему нисколько не удивили. Умный человек на то и умен, чтобы всякому найти научное обоснование. Как-то, будучи с шефом в поездке по Китаю, посетили в Шэньчжзне парк «Window of the World», где представлены в миниатюре архитектурные достопримечательности разных стран, а также их традиции, культура и обычаи. Поэтому фокус, подкинутый Главврачом, Сему нисколько не удивил. Но в данном случае и умный человек может ошибаться. Недаром девиз ученых мужей – «все подвергается сомнению». Сема, как земной человек с еще не измененным сознанием, даже не подозревал, что существуют субъекты, обладающие сверхразумом и супраментальным сознанием, способные перемещаться в пространстве одновременно в настоящем, прошедшем и будущем. Но что случилось, то случилось.
На вид нормальные, хорошо одетые люди разных национальностей стаями прогуливались по ухоженным, благоустроенным дорожкам парка. Многие были одеты довольно элегантно, женщины в дорогих украшениях и даже в норковых палантинах, пелеринах, боа на полуобнаженных плечах. Говорили между собой тихо, на разных языках, как будто боялись, что их подслушают. Женщины обмахивались веерами, на которых были изображены именные гербы с инициалами владельцев: «Леди Ю», «Фрау М», «Мисс Л», «Госпожа П» и так далее. Лица, словно застывшие маски, не выражали никаких чувств, и возле Главврача в их глазах вспыхивали злые зеленые огоньки. Они церемонно раскланивались, их губы растягивались в искусственной улыбке.
– Почему они боятся вас? – тихо спросил Сема.
– Страх! Страх за собственные души, – достал из кармана розовый пульсирующий комочек и показал Семе: – Душа, субстанция материальная. Тонкий инструмент, позволяющий испытывать радость и страдания, любовь и ненависть. А нужен один миг, – сжал ладонь, и что-то живое, трепещущее, выпорхнуло и рассыпалось в прах. – Страх, одна из величайших проблем жизни, – и, чтобы заглушить в себе нахлынувшие чувства, громко расхохотался. – Это вирус, которым заражено их сознание. Страх парализует волю и нарушает равновесие, а материальное благополучие развращает этих «тружеников с большой дороги». Движение от однополярного к многополярному, от определенного к неопределенному охватывает ум смятением, взращивает агрессию, порождает лицемерие, ненависть и приводит к насилию.
– Кто скрывает ненависть, у того сердце жестокое, уста лживые, мысли лукавые, – согласился Сема.
– Вот именно. Времена измельчали, нет Демокритов, Сократов, Платонов, Кун Фу, одно фу-фу, мелкие душонки, получить каждую можно за три копейки в базарный день, – он бросил лукавый взгляд на Сему. – Они втихую вынашивают мысль о создании «Мирового правительства».
– Возможно, в этом есть здравый смысл – создание единой концепции развития цивилизации.
– Красиво звучит, – и, как бы возмутившись: – А на деле – глобальная система власти под управлением масонов, кучки миллиардеров. Здесь главное даже не деньги, а… знаете, что Homo из семейства гоминид в отряде приматов отличается способностью к абстрактному мышлению?
И вдруг лицо Главврача резко преобразилось и приняло жестокое, надменное выражение, в глазах загорелись зеленые огоньки. Неизвестно откуда налетевший порыв ветра распахнул белый халат с красным, кровавым подбоем, и за вполне реальной фигурой проступает другая, похожая на некую тень или туманность. «Камзол в обтяжку, на плечах накидка, на шляпе петушиное перо, а сбоку шпага с выгнутым эфесом». Блеснули зеленые огоньки, и хриплый голос эхом пронесся по парку:
Сема напрягся, некая туманность, окружающая собеседника, исчезла, и снова перед ним оказался в своем обычном виде Главврач.
