— Куда велено. К сканерам.
— Слушай, Катя, сними блоки. Дома хоть телефон есть, а тут не могу я так, когда с тобой вообще не связаться.
— Надо будет — сниму, — буркнула я и вышла из холла.
Главный сканер иерархии мне понравился. Хотя и нервничал он слишком сильно. Я вообще-то дёрганных суетливых мужиков теперь не могу. Этот и дёргался, и слегка суетился, но на вопросы отвечал по делу. И как у него дело было поставлено, мне тоже понравилось.
Мы шли вдоль парапета верхнего яруса огромного зала. Внизу, в отдельных прозрачных боксах несли вахту дежурные смены сканеров. Много-много боксов, огромная ячеистая матрица. Выборочный или сплошной ментальный контроль за отдельными личностями или за отдельными локациями. Частичное или полное сканерское прикрытие. Всё, как положено по текущим протоколам.
— … Здесь у нас архивы персональных данных, — главный сканер махнул рукой на мощную дверь в углу. — Полные ментальные профили всех урождённых Первого мира и наёмников из иных реальностей. Профиль заводится на каждого новорождённого, и к пяти-шести годам, когда способности и потенциал уже полностью проясняются, мы решаем, нужен ли человек нашей службе. А если нужен, то какому подразделению.
— И каков процент тех, кто нужен?
— Около половины. Остальные, как правило, весьма слабые сканеры, у которых потолок способностей — примитивная телепатия и обмен визуальными образами. Нашу службу они не интересуют, из них получаются специалисты других направлений. Но мы храним все профили, с рождения человека и сто лет после смерти.
— То есть, одна половина населения следит за другой половиной? Классика жанра…
Он меня не понял, конечно же. Нервно улыбнулся и кивнул:
— Ну да, примерно половина. Именно столько у нас — ну плюс-минус, конечно — сильных сканеров, способных контролировать, прикрывать, наблюдать. Кроме дежурных универсальных сканеров есть ещё элитные группы исключительно сильных профессионалов, каждый из которых уникален. Они занимаются тем, что работают с перспективными индивидуумами в других мирах. Плюс особняком — задверцы, специалисты, работающие с дверями. Они перемещаются между мирами, и поэтому у их группы двойное подчинение. В основном ими командует служба безопасности, а мы следим за развитием их профессиональных возможностей. В этой группе у нас много наёмников, потому что, у уроженцев Первого мира, как и прежде, большие проблемы при работе с дверями. Мы не можем пока переломить ситуацию, к сожалению.
— Что можешь сказать о вашем офицере Мае? Он к какой группе относится? К уникальным сканерам или к задверцам?
— Офицер Май? — главный сканер чуть смутился. — Это ещё более особая ситуация. Это личный наёмник иерарха Тарона, и вряд ли я смогу помочь с информацией.
— Ну тогда я позволю себе напомнить о том, кто я такая. И о том, что именно случилось с Тароном. Вряд ли тебе в этих обстоятельствах стоит думать о служебной тайне.
— Дело не в тайне, — главный сканер побледнел, но отважно держал удар. — Дело в том, что наша служба не собирала информацию на офицера Мая и не вела его профиль.
— Как же тогда Тарон выбрал его себе в подчинение, если сканерская служба не имела о нём информации? Он взял кота в мешке?
— Какого кота?!.. — бедняга совсем растерялся. — Что ты имеешь в виду?
— Почему Тарон забрал у вас человека, о котором не было никакой информации?
— Видишь ли, Екатерина… Тарон не забирал у нас офицера Мая. Дело обстояло совершенно наоборот. Однажды, лет пять-шесть тому назад — точнее надо взглянуть в архивные файлы — иерарх Тарон привёл с собой молодого мужчину и приказал мне завести на него личную каточку и профессиональный профиль задверца. А потом тут же внести в карточку отметку о том, что офицер Май поступает в личное распоряжение иерарха.
— И какой вывод ты сделал из этого?
— Такой, что офицер Май — из иного мира, и что иерарх Тарон прекрасно осведомлён и об этом, и о его способностях. Всё, что Тарону было нужно — легализовать здесь человека, которого он хорошо знал.
— Ты, разумеется, пытался выяснить, кто такой Май и откуда взялся.
— Разумеется, — кивнул главный сканер. — Без успеха. До того момента, как он появился здесь, в этих стенах, об этом человеке ничего не было известно. Да и в дальнейшем нас никто не посвящал в детали его работы.
— А что, разве это так уж необычно? Ты хочешь сказать, что никто из будущих задверцев не ускользает от вашего патронажа?
— Стараемся, чтобы никто не ускользал. Ищем, прорабатываем перспективных совершенных иномирян. Некоторые охотно идут на сближение. Мы наблюдаем за тем, как они проходят свою первую дверь. Приглашаем к нам. В итоге заполучаем очень и очень немногих. Но про остальных мы тоже, как правило, в курсе. Май ни разу не попадал под наблюдение. А при его потенциале это весьма необычно. Он один десятерых стоит, и по силам, и по широте возможностей.
— То есть проморгать его вы никак не могли, но проморгали.
— К сожалению, — кивнул сканер.
— А что Тарон велел записать в его личной карте?
— Что Май родился в диких землях Материка. Это, мягко говоря, неправда.
— Ну, спасибо, мне всё ясно.
