— После той выходки Бэста, Даррина потребовала, чтобы я оставил их, — продолжил он, крутя в руках пустой бокал. — Велела, чтобы я больше не появлялся и не провоцировал. Она утверждала, что, когда меня не было рядом, Бэст был спокойным и вполне адекватным. Это было похоже на правду. Я понимал, что Бэст вполне мог запомнить меня, как одного из убийц Марсена. А когда его воспоминания начали всплывать и подтверждать его подозрения, он мог что-нибудь выкинуть и посерьёзнее. Ведь он взрослел и становился сильнее. И я выполнил её просьбу. Я больше никогда не приходил и не искал с ней встреч. Я больше никогда не видел дочку. Даррина всё отрезала. Все каналы связи, все возможности для меня узнавать хоть какую-то информацию. Иногда, очень редко, она находила меня сама. Она говорила, что у детей всё в порядке, но не было никаких подробностей. Три года назад она пропала совсем.
— Умерла?
— Вероятно, но доказательства у меня пока нет. На контакт не идёт, но это ведь ничего не значит. Может быть, блоки. Может быть, болеет, в коме. Или просто от меня закрывается… — с тоской проговорил он. — Я всё ещё надеюсь на что-то. Хотя не знаю уже, на что надеяться.
— А у Бертана спрашивал? Или не догадался?
— А ему тоже насчёт матери ничего не известно. На этот вопрос Бэст ему не ответил. Он знает, как взять за горло.
Юра опять наполнил бокал. Я встала, подошла и отобрала его.
— Да хватит же!
— Отдай, — строго сказал Юра.
— Да с тобой рядом находиться невозможно! От тебя уже воняет, как от пропойцы! Возьми себя в руки!
— А ты меня не нюхай, я не заставляю! — фыркнул Юрка и взял бутылку. — Подумаешь, важность, я и без бокала обойдусь.
Он глотнул прямо из горла.
Я швырнула бокал об пол. Он разлетелся на мелкие осколки. Юра вздрогнул и ошалело взглянул на меня.
Недолго думая, я вырвала из его руки бутылку и бросила об стену. На пол посыпался стеклянный дождь, а в комнате запахло коньяком.
Юра с сожалением покачал головой.
— Знаю, что бесполезно. Знаю, что по первому приказу тебе принесут ещё, хоть залейся. Всё знаю, но не смей это с собой делать! Что за причина убивать себя? Да ещё таким нелепым способом?!
— Это всё от бессилья, — пробормотал он. — Всё, что делал в последнее время, не имело никакого смысла. Не достигло цели… Я пытался защитить тебя и Лерку, но опоздал. Я пытался отыскать подросшую дочь и не смог. Я даже не знаю, что ей обо мне известно. Помнит ли?.. Хотя что могла запомнить двухлетняя кроха… Знает ли она вообще, кто её отец?
— Ну, судя по тому, что как минимум последние два года Бэст и Рина снимали дом на нашей улице в Комарово, она должна быть в курсе.
Глаза Юрки округлились:
— Как?! Как это на нашей улице? Зачем?!
— А я откуда знаю? Похоже, Бэст изучал поближе своих смертельных врагов.
У Юрки задрожали руки.
— Спокойно, спокойно, Юра…
— Да, Бэст вполне мог нас изучать. Очень умный и очень хитрый… Он даже моих агентов провёл. Агентура уверяла, что Бэст среди задверцев иерархии, и у него, скорее всего, много сторонников. У Виллена не было сомнений, что в этом случае надо выполнить чрезвычайный протокол. Я долго не мог решиться, но всё-таки я это сделал. Подумал, что безопасность семьи стоит того, чтобы взять этот грех на душу… Как оказалось, это тоже было бессмысленно. Данные агентов оказались неверны…
— Почти верны, Юра. Нет, Бэст никогда не служил в сканерской службе, а вот Рина была наёмником-задверцем. Ты приказал стрелять в свою дочь.
Он нахмурился, пытаясь осознать мои слова.
— Юра, она осталась жива только чудом. Счастливый случай. Кто-то немножко промазал.
Он медленно замотал головой:
— Нет. Ты лжёшь. Хочешь сделать мне ещё больнее?
— Хочу, чтобы за мной не осталось долгов и недомолвок. Ты, возможно, скрываешь от меня ещё что-нибудь, но я в эти игры больше не играю… Если бы Лерка и Май не обнаружили твою дочь едва живую среди трупов в авиационном ангаре, у нас было бы сейчас намного меньше проблем. А у тебя уже точно не было бы надежды.
Брат закрыл глаза и отвернулся.
— Юра, мне бы надо сейчас хлопнуть дверью и послать тебя к чёрту. Как же ты нас всех подставил… Да ладно уж нас — ты больше всех себя подставил! И Олега ты потерял не из-за меня. Из-за своего вранья.
Юрка снова повернулся ко мне и посмотрел с такой мольбой, что у меня сердце упало.
— Катюша, спаси мою дочь… Сделай это, пожалуйста!
— Я сделаю всё, что смогу, Юра. Но разве я смогу много? Кто я, и кто Бэст! Он меня одним пальцем придавит, когда наберёт силу до максимума. Было бы проще, если бы он был один. Но с ним Рина, и она будет помогать не тебе и не мне, а Бэсту. Так что всё очень серьёзно, Юра.
— Ты права. Всё очень серьёзно. Думаешь, я не понимаю? — Юра нервно потёр лоб и с тоской взглянул на стену, облитую коньяком. — Зачем ты разбила бутылку?..
— Юра, бросай немедленно своё пойло! Или мы тебя отловим и засунем в тихое тёплое место, где тебе ничего, крепче кефира, не дадут. У тебя со мной этот номер не прошёл, а у меня с тобой получится. Я тебе гарантирую.
Он промолчал.
— Юра, ты меня слышишь? — я обняла его.
— Слышу.
— Сейчас ребята вернутся. Ты им расскажешь всё?
