Десять лет в изгнании полностью

⁴⁰⁵ Пишегрю был найден задушенным в камере тюрьмы Тампль 6 апреля 1804 г. Люди оппозиционных взглядов склонны были обвинять в его смерти не кого иного, как Бонапарта и его приспешников, а прирожденные интриганы, такие, как Талейран, это обвинение не опровергали (на вопрос г-жи де Ремюза относительно смерти Пишегрю Талейран ответил, что она «произошла внезапно и очень кстати»; см.: Rémusat. T. 1. Р. 349). Некоторые исследователи склоняются к мысли, что Пишегрю действительно покончил с собой (см.: Madelin. Т. 5. P. 116-119), однако авторы последних работ это отрицают; см.: Saugier В. Pichegru: histoire d’un suicide. Bourg-en-Bresse, 1992.

⁴⁰⁶ О переговорах Бонапарта с вандейцами см. примеч. 112, 113. Протоколы допросов Пишегрю, которые велись с 27 февраля по 15 марта, не сохранились.

⁴⁰⁷ Луи Пико, слуга Жоржа Кадудаля, был арестован 8 февраля 1804 г.; чтобы вынудить его указать местонахождение Кадудаля, допрашивавшие прищемляли ему пальцы ружейным курком; хозяина он не предал даже под пыткой, но рассказал многое о планах заговорщиков и об их намерениях убить Бонапарта (Lenotre. Р. 194).

⁴⁰⁸ Клод-Жак Лекурб (1759-1815), воевавший под началом Моро (в частности, в 1800 г. в Германии) и не скрывавший своего к нему дружеского расположения, пострадал за верность опальному генералу: Наполеон исключил его из числа кавалеров ордена Почетного легиона, уволил из армии и сослал во Франш-Конте, где Лекурб прожил в безвестности до начала эпохи Реставрации. На процессе Моро Лекурб поднял на руки сына обвиняемого, показал его солдатам и крикнул: «Солдаты, вот сын вашего генерала!» — после чего солдаты взяли на караул. По словам Бурьена, «по первому знаку Моро они смели бы судей и освободили подсудимых» (см.: Dictionnaire. P. 1199); Моро, однако, этого знака не подал.

⁴⁰⁹ Среди очевидцев, от которых Сталь могла знать, как проходил суд над Моро, была г-жа Рекамье, подруга детства жены Моро (урожденной Александрины-Эжени Юло); узнав, что генерал желает видеть ее в зале суда, г-жа Рекамье на следующий же день отправилась туда; ее впечатления воспроизведены в «Замогильных записках» Шатобриана (кн. 29, гл. 7); здесь также подчеркивается, что жандармы, приставленные к подсудимым (каждый из заговорщиков сидел между двух солдат), «обходились с генералом Моро почтительно и предупредительно» (Chateaubriand. Т. 2. Р. 1886). В кругах, более близких к императору и менее оппозиционных, главенствовала, по-видимому, иная точка зрения на поведение Моро, зафиксированная, в частности, в «Воспоминаниях» г-жи де Ремюза: «Все, кто рассматривал этот эпизод [суд над Моро, Кадудалем и проч.] сколько-нибудь хладнокровно, сходятся на том, что на скамье подсудимых Моро выказал слабость характера и весьма посредственный ум; в поведении его не обнаружилось ни значительности, ни величия, которых от него ожидали» (Rémusat. Т. 2. Р. 2).

⁴¹⁰ В обществе ходили слухи, что речь для Моро написал сенатор Доминик- Жозеф Гара, внешне вполне лояльный по отношению к власти Бонапарта, но внутренне близкий к оппозиционерам (см.: Barante. T. 1. Р. 134); в 1814 г. он посвятил Моро отдельную брошюру. Ср. у Сталь в первой записной книжке упоминание обоих имен рядом: «Речь Моро, Гара» (DAE-1996. Р. 443).

⁴¹¹ Клод-Амбруаз Ренье (1746-1814) с 1802 по 1813 г. занимал пост министра юстиции; 14 сентября 1802 г., после того как Бонапарт отстранил Фуше от руководства министерством полиции, функции этого министра перешли формально к Ренье, а фактически к Пьеру-Франсуа Реалю (см. примеч. 413). Титул герцога Масса ди Карара Ренье получил в 1809 г.

⁴¹² Речь Моро в 1804 г. была выпущена отдельной брошюрой трижды (см.: Catalogue général des livres imprimés de la Bibliothèque Nationale. Р., 1933. T. 119. Р. 119).

⁴¹³ Пьер-Франсуа Реаль (1757-1834) во время Революции принадлежал к числу ультрареволюционеров-«эбертистов»; при Директории он был ставленником Барраса, однако во время переворота 18 брюмера принял сторону Бонапарта и в благодарность получил место члена Государственного совета; именно ему было поручено расследование дела Кадудаля, Пишегрю и Моро; после воссоздания в июле 1804 г. министерства полиции под командой Фуше Реаль стал правой рукой министра.