Мы-то что? Мы ничего! Стоим, по сторонам глазеем! Но всё же неловко как-то. Все старушки и прочие женщины обернулись, глядят на нас укоризненно, будто мы их знамениям мешаем! Я ещё подумал, может, и они интересуются, зачем этот священник тормознул? А мы действительно не понимали, зачем он как вкопанный? И как на его бездействие нам реагировать? Да только старушки к тому времени очень уж разволновались! Зашипели на нас вразнобой, словно мы здесь одни лишние. Тогда и до нас дошло, что тот поп с кадилом не решился протиснуться между нами и стеной. А протиснуться он хотел, видимо, для нашего же блага. Он честно хотел нас своим кадилом под защиту взять. Потому и стоял напрасно, чуда ждал, наверное, что стена подвинется, либо мы с товарищем дрогнем. Тогда мы, чтобы не портить о себе общее впечатление, вразнобой шагнули вперёд. И сразу шествие с кадилом двинулось за нашей спиной и по кругу, по кругу – туда, откуда и началось. И забот-то, казалось, – всего-ничего! Мог и протиснуться, если так уж нужно было!
В общем, этого неатеистического развлечения нам показалось вполне достаточно. И мы снова вышли на дождь, топая по лужам без правильной ориентации своей дальнейшей жизни. Тем не менее, души наши всё-таки наполнились чувством вины, связанным с церковным конфузом. Вроде бы, пустяк, но недовольство собой откуда-то просочилось! Правда, не скрою, оно развеялось при виде зачуханного магазинчика с огромной сине-зелёной надписью «Бакалея». Надпись висела над старой деревянной дверью из двух половинок с мелкими стеклянными окошками.
– Что-то пива захотелось! – поделился коллега неожиданно родившейся мечтой.
– Можно! – благословил я его намерение. – Давай заглянем!
Ну и зашли. Скажу вам честно, уважаемые Читатели, пиво в те годы повсеместно было хорошее. Если было, конечно! Но чаще его в продаже не находилось. Особенно, если хотелось в бутылках. Обычно попадалось только «Жигулёвское». Очень редко – «Мартовское». Но тоже хорошее! Не то, что нынешнее! Названий и производителей теперь много, но пива хорошего с тех пор нет! Пена, конечно, осталась! Её и в стиральном порошке достаточно! Но пива больше нет! Страшная перспектива!
В больших городах, конечно, пива и тогда было по потребности. В крайнем случае, можно было постоять в очереди у одноимённой жёлтой бочки в виде одноосного автоприцепа. Такие бочки чаще встречались у городских парков, возле вокзалов и в других культурных местах.
Из тех бочек любители пива получали свою долю в полулитровых стеклянных кружках. Но там они подолгу не задерживались. Они сразу отходили в сторонку, поскольку столиков рядом предусмотрено не было. Пристроившись, так себе, как придётся, любители манерно сдували высокую пену. Важно было не облиться самому и не попасть пеной в соседа. Потом начинали смаковать, сильно вытягивая вперёд губы. И ведь обязательно кто-то дразнил остальных. Он извлекал из кармана пересушенную рыбёшку и приступал к священнодействию. Для этого пристраивал свою кружку, хотя бы на земле, потом обстукивал рыбёшку, хоть обо что, пристально очищал её от неподатливой чешуи, а уж после… Он со знанием дела разжевывал соленые кусочки рыбки на зависть всем остальным. Им-то добыть рыбёшку было недосуг. Они пили пиво просто так – с одним лишь удовольствием.
Скажу вам честно! Я с коллегой большим любителем пива никогда не значился. И совсем не потому, будто мы уже тогда знали о его коварных свойствах. Ведь наших женщин оно быстро склоняет к алкоголизму, а мужчин, особых почитателей пива и наших женщин, превращает в баб. Об этом знатоки и медицина поведали нам вполне конкретно, но позже.
Кстати, пусть женщины не обижаются на меня и вульгарность моего языка. Пиво действительно превращает мужиков не в милых женщин, какими они, несомненно, до поры и являются, а именно, в весьма неэстетичных баб. То есть, в мужиков, но оплывших, нерешительных и в некотором важном смысле, весьма бесполезных. Страшная перспектива, я вам скажу! Но не все понимают!
Не будучи злостными любителями опасного пива, мы купили в магазине всего-то по бутылке «Жигулёвского». Как и положено, за тридцать семь копеек пол-литра. А почему бы и нет, раз уж оно так навязчиво продаётся! И чтобы не возвращаться под ледяной дождь, надумали мы выпить пиво здесь же, в магазине. Народу вокруг, который мог справедливо принять наши действия за хулиганство, кроме нас практически не было. А продавщице наш порыв вообще оказался безразличен. С её стороны последовало лишь одно условие: «Бутылки назад я у вас не приму! Даже не пытайтесь!»
Ну и ладно! Всего-то убытков по двенадцать копеек за штуку!
Всё бы ничего, но из-под металлических крышек с необычной активностью принялась вырваться пахучая пена! Странно! Она увлекла за собой треть оплаченного нами напитка. «Ничего себе! Шампанское, да и только! Но дешевле!»
Узрев подобную несправедливость, мы заколебались: «Странно! Может, это, что осталось в бутылках, и пить уже нельзя?»
