– Нет. Он говорил, что я – его девушка, а не соратник по борьбе. У нас было много тем для разговоров, но рабочие проблемы он со мной не обсуждал.
Она помолчала и добавила:
– Только однажды…
– Так-так.
– Ему позвонили поздно, я была рядом, и он ушел на балкон. Слышала разговор всего несколько секунд…
– Кто звонил?
– Стас не назвал имени и даже не поздоровался с этим человеком. Было похоже, что он продолжает начатый разговор. Услышала лишь фразу: «Нет, я сказал, нет, этого никогда не будет». Все. Больше ничего.
– Его тон звучал угрожающе?
– Он злился, но не угрожал.
– Понятно. Расскажите еще раз про вечер субботы. Вы были дома вместе и потом пошли ужинать?
– Нет. Стас заехал за мной. Я спустилась, села в машину, и мы поехали в ресторан.
– То есть он не поднимался?
– Нет. Времени не было.
– А по пути вы никуда не заезжали?
– Говорю же: мы опаздывали. Этот… мммм… Самсон Бенедиктович уже был там.
– Раньше вы с ним не встречались? Или Кучеров упоминал о нем?
– Нет. Я его не знаю, и Стас никогда о нем не говорил.
– Теперь еще раз: что вы делали в ресторане. Пошагово.
Наморщив лоб, Лиза, запинаясь, принялась рассказывать. Подробно. Шаг за шагом.
– Наверное, больше ничего не вспомню, извините. Все как в тумане.
И вздохнула с тоскливой безнадежностью.
Около них остановился криминалист с чемоданчиком.
– Все. Я пошел.
Сапожков взглянул вопросительно. Тот отрицательно покачал головой. Лейтенант поднялся и вышел следом, прикрыв дверь в комнату.
Лиза слышала, как понятые что-то спросили, лейтенант ответил и через пару минут вернулся.
– Мы закончили. Спасибо за содействие. И еще раз напоминаю, что выезжать из города нельзя.
– Да куда я денусь, – грустно прошептала Лиза, поднимая на полицейского заблестевшие слезами глаза. – А хоронить Стаса когда можно будет?
– Не могу пока сказать, но… вы ведь официально женаты не были. Наверное, тело выдадут родителям. У вас есть их телефон?
– Нет. Стас не успел нас познакомить. Собирался свозить меня к ним на майские, но не успел.
Она опустила голову. Слезы закапали на светлую юбку, оставляя пятна.
Сапожков взглянул сочувственно и вышел.
Кудельников ждал его в отделе.
– Ну, как наша девушка? Нашли что-нибудь?
– Никаких следов. Подробный анализ будет готов завтра. Но, знаешь, судя по всему, типичная подружка богатого мальчика. Практически деревенская, не очень умная, надеялась на свою внешность. Больше за душой ничего нет. Кучеров для нее – единственный шанс вырваться из нищеты. Второй раз такой случай выпадает нечасто. Он с ней ни о чем серьезном не говорил, даже с родителями не познакомил.
– У меня еще в ресторане создалось впечатление, что она – обычная пустышка, мечтающая об одном: выскочить замуж за богатого. В голове одни знаки препинания. Судя по показаниям сотрудников ресторана, они не ссорились, смотрели друг на друга сладкими глазками. Даже Самсон Зайцев сказал.
– Кстати, она упомянула о звонке неизвестного. Такое впечатление, что Кучеров с кем-то ругался.
– Дождемся Лемешко. Он с его телефоном возится.
Не успел Кудельников помянуть Лемешко, как тот ввалился в кабинет и шлепнулся, отдуваясь, на стул.
– Черт! Без обеда остался из-за вашего покойника, – выдохнул он, обмахиваясь пачкой бумаг.
– Тебе на пользу, – безжалостно заметил Кудельников, оглядывая бесформенную тушу эксперта.
Лемешко, который свои сто сорок семь с половиной килограммов холил и лелеял, взглянул на капитана с праведным возмущением.
– Завидуй молча, Шурик. Тебе до меня расти и расти.
Сапожков, привыкший к их словесному пинг-понгу, нетерпеливо шагнул к эксперту.
– Ну, чего там у него в телефоне?
– Много чего, малыш. Но из интересующего нас переписка с некой Миленой. За день до убийства в двадцать сорок восемь он написал: «Я не хочу тебя видеть. Или ты не поняла?». А в вечер убийства прямо из ресторана отправил еще одно: «Я не боюсь твоих угроз».
– Тепло, – оживился Сапожков и повернулся к напарнику:
– Выяснил, кто такая?
– Бывшая девушка. Милена Сойл. Модель. Расстались полтора года назад. Вскоре Сойл уехала в Германию и вернулась чуть больше месяца назад. Живет в доме родителей и делает ремонт в своей квартире. Заметьте, эти сведения лежат вне обязанностей эксперта. Любопытно стало.
– Интересно, какое у нее алиби на вечер убийства, – заблестел глазами лейтенант.
– Проверим, не суетись. А ее ответы сохранились? – повернулся к эксперту всем корпусом Кудельников.
– Она не отвечала. По крайней мере, в мессенджере.
– Могла угрожать по телефону.
– В мобильнике Кучерова звонков от Сойл нет. Как и его ей.
– Надо проверить рабочий. Не факт, что следы остались, но все же. И Сойл могли там видеть.
– Поедем вместе к нему в офис, – предложил Сапожков.
– Погоди. А фотки? Есть что-нибудь интересное? – спросил капитан.
– Фоток много, и почти на всех он или с партнерами, или один.
– А с невестой? Или с этой Миленой?
– С невестой есть пара штук, не больше. Насчет бывшей не знаю. Если и есть, то на групповых снимках. Отдельно с другой девушкой нет. Сам посмотришь.
– Совместные фото с невестой, скорей всего, в ее телефоне, – хмыкнул Сапожков. – Всем подругам, поди, рассылала.
