– Вам легче? – равнодушно спросил полицейский и посмотрел на нее неприязненно.
«Она подозреваемая», – догадалась Лиза и собрала волю в кулак. Надо держаться.
Допрос начался с простого: кто такая, где живет, чем занимается, – а потом уже по всей форме:
– Кем приходитесь Кучерову? Когда познакомились? Что делали утром, днем, накануне похода в ресторан? Не ссорились ли? Что знаете о третьем участнике? Кого еще знаете? Родителей? Друзей? Подруг? Что ел Кучеров? Что пил? Что говорил перед тем, как…
Вопросы сыпались один за другим, и по мере того, как полицейский восстанавливал картину произошедшего, его взгляд, направленный на Лизу, становился более цепким, а она, наоборот, чувствовала себя все увереннее.
Скрывать ей нечего, вот что говорили ее ответы, и к концу разговора полицейский поверил. Или сделал вид.
– Подпишите протокол и вот еще – подписку о невыезде за пределы города до окончания следствия.
– Конечно, – уже совсем спокойно ответила Лиза, поднялась и тут же покачнулась.
Стоящий рядом мужчина удержал ее от падения и под руку повел вниз.
Ее усадили в полицейскую машину и отвезли домой, в их со Стасом любовное гнездышко.
Поднимаясь по лестнице, она мечтала только об одном: упасть на кровать и заснуть. Сомнения, что получится, конечно, были – ее снова начало трясти.
Не раздеваясь, Лиза прошла в кухню, достала из холодильника водку и, налив, выпила залпом. Дрожь мгновенно улеглась. Уже неплохо. Теперь раздеться и в постель. Все остальное – завтра.
Если оно наступит.
Завтра наступило и было вовсе не таким мрачным, как она думала. Словно кто-то внутри нее решил позаботиться о ее рассудке и выключил неприятные воспоминания. Точнее, как бы прикрутил ручку – все случившееся стало казаться не таким страшным. По крайней мере, для нее.
То, что Стас умер, она поняла еще вчера. А раз с этим уже ничего не поделаешь, то надо собраться с силами и выстроить все заново. Свою жизнь то есть. Поставить крест на прошлом, разобраться с настоящим и идти дальше.
Лиза набрала ванну и долго лежала, успокаивая и уговаривая себя.
Кажется, получилось.
Через час, собравшись с духом, она позвонила по оставленному полицейским телефону и узнала, что Станислав Кучеров был отравлен, заведено уголовное дело, о результатах расследования она узнает, когда это будет возможно.
– Спасибо, – пролепетала Лиза.
Она долго плакала на кухне, а потом собралась и пошла гулять в парк. Прогулки всегда возвращали ей душевное спокойствие и бодрость духа.
– Что думаешь об этом? – спросил Сапожков, глядя, как Кудельников читает заключение эксперта.
Капитан пожал плечами.
– Обычное отравление. Химикат со сложным составом. Промышленный.
– Ну и кто наш герой? Девка или старик?
– Для тебя всегда все очевидно, – поморщился Кудельников. – Раз сидели за одним столом, значит, кто-то из них.
– А зачем усложнять? – копируя жест капитана, пожал плечами лейтенант.
– Да я не против не усложнять, если назовешь мотив.
– У старика с Кучеровым общие дела, мог устранить конкурента, или у того было на Зайцева что-то.
– Отличная версия. Проверяй.
– А девка могла из-за ревности. Жениться не хотел, например. Или другую нашел, а эту в отставку.
– Еще лучше. Копай дальше.
– А ты что делать будешь? Отчеты писать? – обиделся Сапожков, считая, что со стороны напарника нехорошо вести себя откровенно надменно.
Версии вполне годные, чаще всего именно так в жизни и случается, поэтому пренебрежение к мнению товарища – пусть и младшего по званию – не лучшая основа для сотрудничества.
– Я займусь всеми остальными. Их тоже немало. Друзья-завистники, отвергнутые барышни, которых Кучеров променял на новую подругу, обиженные подчиненные и так далее. Заметь, все сложное себе оставляю.
– Я так и понял, – хмыкнул Сапожков и обиделся еще больше.
Вот почему Саня постоянно перед ним выставляется? Умничает на каждом шагу.
– Ладно, – сказал лейтенант, поднимаясь, – начну с любовницы.
– Красивая девушка, кстати.
– Да мне пофиг! – ответил Сапожков уже из-за двери.
Кудельников поглядел ему вслед и вернулся к заключению криминалиста.
Из полиции ей позвонили в половине десятого утра. Полицейский назвался лейтенантом Сапожковым и предупредил, что приедет для разговора. Приехал не один, а с криминалистом, двумя понятыми и ордером на обыск.
– Надо осмотреть вашу квартиру на предмет следов отравляющих веществ, – с порога заявил он.
– Ну надо, так надо, – сухо ответила Лиза, посторонилась, пропуская их, а потом села на стул посредине комнаты и сложила руки на коленях.
Снуя туда-сюда по квартире, Сапожков все смотрел на нее. Видимо, пытался понять, нервничает ли она. Лиза сидела с отсутствующим видом и даже не повернула головы, когда стали осматривать ее туалетный столик и вытряхнули на кровать аптечку.
– Вы так спокойны, – не выдержал наконец лейтенант.
– Просто успокоительных наглоталась, вообще ничего не чувствую, если честно, – устало ответила Лиза.
– Понимаю, – уже другим тоном заметил Сапожков и присел рядом. – А Станислав когда-нибудь говорил вам о своих врагах?
