– Может быть, ты и прав! – воскликнула она уже куда более живым голосом.
Её радость передалась мне мгновенно, и я заговорил с торжественным выражением на лице:
– Вот и отлично! Пойдём в наш сквер. Я взял пирожки с чаем. Ты, наверно, очень голодна. Мы можем перекусить, а там и придумаем, что будем делать дальше.
Да простит меня справедливый читатель, если я замечу, что, когда я произносил эти слова, я не столько хотел покормить прекрасную Анастасию, сколько сам желал поскорее что-нибудь слопать – настолько сильно я был голоден. И это не удивительно: мои эгоистичные намерения оправдывались тем, что я действительно ничего не ел с того самого момента, как отправился в поле за цветами, а этот промежуток времени составлял уже не менее четырёх часов.
Настя с радостью согласилась на такое дельное предложение, и мы не спеша отправились в сквер. Там мы решили устроить небольшой пикник, включавший пирожки с капустой и чай – те самые запасы, которые я прихватил из дома. Кроме того, у Насти с собой было ещё два яблока, отлично дополнившие наш обед. Мы присели под старый дуб – то самое дерево, возле которого и зародилось наше знакомство.
Мы вырвали несколько неиспользованных листов из Настиной тетради и разложили на них наш скромный обед, а сами приземлились на молодую и мягкую весеннюю траву. Мы ели не торопясь, много болтали и смеялись. Несмотря на неудавшуюся идею с катанием на велосипедах, нам было очень хорошо.
– Стой! Ловите его! – внезапно откуда-то раздался резкий возглас.
Мы с Настей принялись глядеть по сторонам, чтобы разобраться, откуда доносился незнакомый нам голос. Вдруг я заметил, как в нашу сторону стремительно бежал рыжий кот, а за ним со всех ног гнался такой же рыжий парень невысокого роста. Судя по всему, он был младше меня на один или два года.
– Ребята, ловите Фомку! – закричал нам мальчик.
Я сразу не понял, почему парень гнался за котом, но всё же решил схватить Фомку. Возможно, он сбежал от своих хозяев. Я бросился коту наперерез. Кот заметил меня и тут же свернул вправо. Тогда я со всей силы оттолкнулся от земли, чтобы попытаться поймать его в прыжке. Я плашмя повалился на траву, но, вытянув руки вперёд, почувствовал, как ухватился за кошачий хвост. Кот завизжал, начал валяться по земле и попытался укусить меня за запястье. Через мгновение подбежал его преследователь и взял кота на руки. Тогда Фомка протестующе замяукал, но уже перестал кусаться.
– Спасибо тебе! – обратился ко мне паренёк. – Это наш кот Фомка. Он выпрыгнул из окна через форточку, как только увидел воробья, и начал его преследовать. А мы с родителями держим его дома, на улицу не отпускаем, вот я и испугался, что он удерёт куда-нибудь, и давай за ним! А он шустрый такой, разве за ним можно успеть? В общем, спасибо тебе, друг! Придётся теперь форточку закрывать. А как тогда духоту терпеть, ума не приложу.
Последние несколько фраз он произносил уже себе под нос, когда развернулся и побрёл назад, неся на руках Фомку, а тот, в свою очередь, продолжал голосисто выказывать своё недовольство тем, что его так безжалостно оторвали от охоты на птицу.
Тут в моей голове промелькнула потрясающая мысль.
– Настя, а на каком этаже ты живёшь? – спросил я.
– На первом, а что?
– А вы тоже в жару открываете форточку, чтобы проветрить?
– Не знаю. Я в своей комнате не открывала. Может быть, родители в своей и открыли, когда с утра на работу уходили.
– Вот что. Мы должны это проверить.
– Ты хочешь, чтобы я залезла в свой дом через форточку? – спросила Настя, хотя наверняка уже сама догадалась о моих планах.
– Да, мы можем попробовать, – ответил я. – Так мы сможем взять твой велосипед и оставить учебники дома. Кроме того, тебе не мешало бы переодеться. Не в школьной же юбке ты будешь кататься.
Настя дала своё согласие, и мы направились назад к её дому. Окно её комнаты выходило во двор, оно было заперто. Кроме того, во двор выходило кухонное окно, которое оказалось тоже закрытым. На той же стороне было окно родительской комнаты, но вскоре мы убедились, что и оно было заперто. Тогда у нас оставался только один вариант – проверить комнату дедушки, окно которой располагалось с торцевой стороны здания. Мы тотчас поспешили туда. К счастью, форточка этого окна оказалась чуть-чуть приоткрытой.
– Ну что, – обратился я к Насте, – вот и наш шанс попасть к тебе в дом.
– Я туда не полезу! – воскликнула девочка, вообразив, как ей придётся пролезать в это маленькое отверстие.
– Ты предлагаешь мне это сделать? – спросил я, осознавая, что получу положительный ответ.
– Да!
– Я чувствую себя жалким воришкой, – пробурчал я, карабкаясь на отлив.
Я положил руки на железную поверхность отлива и тут же вздрогнул – меня обжёг раскалённый на солнце металл.
– Смотри, чтобы никого рядом не было, – сказал я ещё более ворчливым голосом, – а то не хочу потом с милицией разбираться.
– Какой же ты трусишка, Ефим!
– И ты говоришь это человеку, которому ещё вчера выражала благодарность за храбрый поступок, – шутливо упрекнул я её.
