— Пять — это Террик, — добавил он после паузы. — Единственный сын итальянского герцога.
— Понятно, — усмехнулся я, — папашки решили их поженить.
— Умён не по годам, — поморщился Серж. — Только не папашки, а мамаша. Она всю эту кухню заварила.
— Никогда бы не подумал. Такая тихая, спокойная женщина, — сказал я, вспоминая лицо его матери.
— Эта «тихая» женщина — самая опасная интриганка во всех кланах. Без неё отец бы никогда не поднял славянский клан. И хотя она моя мать — я бы сам не рискнул с ней пересекаться. Даже сейчас.
— Да уж… Медичи, тайны французского двора, — пробормотал я. — Ну и к чему весь этот семейный сериал?
— Родственные связи, — спокойно ответил Серж. — Союзы. Власть. Всё крутится вокруг одной цели.
— И это… — я прищурился, — власть над Арогом?
— Именно, — кивнул он. — Кто правит Арогом, тот управляет не только континентом, но и всей системой. Эрот, Земля, все торговые и военные узлы — всё связано.
— Остров, окружённый радиоактивным морем… кому он вообще сдался? — пожал я плечами.
— Это не просто остров, — усмехнулся Серж. — Это трон. Арог — это ключ. Кто сидит там — правит вассалами, землями, армиями. И никто не спорит.
— Голубая мечта на серебряной тарелке, — догадался я. — И вся стратегия, тактика, союзники, даже этот поход — всё ради одной фигуры на шахматной доске?
— Именно — это тот, у кого в руках рычаги всей этой машины, — серьёзно сказал Серж.
— Ладно, что дальше? — перебил я, начиная терять нить.
— А дальше… — Серж вздохнул. — Прожив два года с нами, Террик
попросил её руки. Она согласилась. Отец, конечно, всё взвесил — родство, союз, политические плюсы — и тут же назначил свадьбу через год.
Пара была идеальной. Всё шло как по маслу. Пока мы не зашли снова в Арог.
— И? — я нахмурился.
— Нашли Террека в ущелье. Упал. Со скалы. Горы для итальянцев — это их стихия, они в горах что козлы горные, — Серж криво ухмыльнулся.
И опять перешёл на рубленные фразы.
Казалось, ему было очень больно говорить.
— Элька сгорела. Смотреть было больно. Она почти не говорила. Мы ходили за ней по пятам. А она умудрилась сбежать… на Арог. Перешла как смертница. По закону мы не могли помешать. Мы чуть не сошли с ума.
— А потом? — спросил я, сжимая кулаки.
— Вернулась. Замкнутая. Сидела у себя, не разговаривала. Только Рону разрешала быть рядом. Сидел с ней молча, часами. Единственный, кто не лез с утешениями. Он ей помогал просто молчанием. Парень он неплохой, хоть и с закидонами. Любит кружева, ну ты понимаешь — интриги и всё такое. Родственник итальянского герцога, между прочим. Теоретически, может претендовать на корону герцога.
— Конечно, — усмехнулся я. — Без шанса на власть у вас даже чай пить не начинают.
— Не в этом дело. Мы хотели, чтобы Элька жила. Хоть как-то. А она умирала. И тут Рон начал закидывать удочку: дескать, женюсь, спасу. И вроде она не возражала. До… тебя.
Я замер.
— После нападения мутов, когда ты поймал ту стрелу… Она кричала, что ты вернулся. Что ты снова спас её. Была как в бреду. Ты был при смерти. А потом… Сирена портала. Он открылся.
Серж сидел скукоженный на скамейке, засунув руки в карманы, уткнув взгляд в пол.
— После тебя — Эльку как подменили, — голос Сержа стал глухим. — Снова смеялась. Снова дерзила. Снова сияла, как раньше. Как будто вернулась к жизни. Мы смотрели на неё — и не узнавали. А она в это время… будто воскресла.
Он замолчал. Я слышал, как стучат зубы от холода, но он не замечал.
— Когда мы ушли в поход, мы надеялись — нет, мы молились, чтобы она не сорвалась снова на Эрот. Чтобы не сунулась в смертницы. Но... она осталась. Казалось, что твоя тень держала её здесь. Мы даже начали верить, что всё как-то устаканится. Что ты останешься в городе, а она — снова станет собой. Но всё пошло не так. Она ушла в поход. Сказала, что хочет доказать. Вернулась с пробитым боком. Рана, несовместимая с жизнью. Мы думали — всё. Конец.
Он перевёл дыхание. Взгляд уткнулся куда-то в стену.
— И тогда ты снова появился. И портал, чёрт бы его побрал, ожил. Сам. Без команды. Без кода. Просто открылся — и не для неё, а для тебя.
Он глянул на меня с тенью страха.
— Ты понимаешь, что это было? За сотни лет он открывался только в годы чумы. А теперь — ты.
Серж помолчал, потом зло скривился.
— Отец решил: всё, ты останешься. Мы оставим тебя здесь. Под контролем. Потому что даже если ты — никто, но ты способен открыть портал, ты — ресурс. Фишка в большой игре. Клану наплевать, кто ты. Главное — что ты можешь. А для клана это шанс. Шанс вырваться вперёд. Понимаешь?
Я молчал. Ну да, открывашка… что ещё сказать.
— Тебя отвезли в квартиру. Дали столько, чтобы ты не помер, но и не вырвался. Чтобы ты всегда ждал — подачки, визита, разрешения.
— Это называется "посадить на иглу", — хрипло сказал я, кашляя. — Ну и сука твой папаша...
— Эй! — вскинулся Серж. — Осторожнее с языком. Он спас клан. Вырвал нас с колен. Да, он жёсткий. Но он не враг. Мы просто не знали, кто ты. И ждали. А ты... ты оказался для неё не "тем, кто открыл портал". Ты стал для неё тем, кого она полюбила.