От злости на себя отмахал пять километров — и даже не заметил. Месил грязь армейскими ботинками, только брызги летели в стороны. Хотелось одного — чтобы Элька меня не обогнала. Снова увидеть её и снова почувствовать себя увальнем рядом с ней. Зачем? Зачем она вообще вызвалась помогать мне? Пожалела? Или решила отблагодарить за спасение?
Почему все так сложно?
Нет уж. Не надо этого. Хотите поблагодарить — скажите спасибо. Или, на худой конец, переведите в твёрдой валюте. Хотя папаша ее уже перевел и я взял и влупил все SP 500 все крутили пальцами но мне было все равно, легко пришло легко ушло
Но… злит. До зубовного скрежета злит.
Я никогда себя таким пентюхом не чувствовал.
Всегда старался быть первым. Лучшим.
Хотя, если уж честно — когда не получалось, тихо сливался.
Но сейчас всё иначе. Свалить можно… но не хочется.
А идти дальше — хочется… но не можется.
Парадокс, да и только.
Добежав до душа, я рухнул на пол, прямо под горячие струи.
Грудь вздымалась, дышать было тяжело.
Пытался выровнять дыхание. Хотелось стереть усталость, злость, сомнения.
Что я тут делаю?
Всё вокруг — чужое. Их цели, их традиции, их взгляды на мир.
Уды — здесь гости. Им плевать на всё земное.
Они мечтают только об одном: вернуться на свою землю, строить замки, участвовать в турнирах, махать мечами.
Для них прогресс — это пройденный этап. Космос, техника — всё это в прошлом.
А настоящее — это меч, конь, титул, честь.
Они не хотят ничего менять.
А я?
Что я, блин, хочу?
Носиться вместе с ними на лошади, с железной палкой в руках?
Греться у камина, а не у батареи?
Греть воду в тазу и по вечерам вместо телевизора пялиться в небо?
Хотя…
Тоже вариант.
Смотря с кем пялиться.
Короче, мои перепады настроения начали уже и меня самого доставать.
Да, я понимал — прошёл всего месяц. И портал, к слову, реально помогал: потихоньку втягивался, тело адаптировалось.
Но именно — потихоньку.
А я знал себя. Стоит мне пару раз сходить на войну, снова окунуться в кровь и грязь — и всё, начну жалеть, что вообще в это ввязался.
Главный вопрос — зачем?
Какие клятвы, какие идеалы могут меня здесь удержать? Что меня свяжет с этим народом? Пока что — ничего.
Получается, единственная причина, по которой я ещё здесь — Элька.
Но и с ней всё так же.
Она — далеко.
Я — туплю.
Как обычно.
Вечно надеюсь, что кто-то объяснит, кто-то направит, кто-то ткнёт носом: «Вот, это твоё. Живи здесь. Бейся здесь. Люби здесь».
Но никто, разумеется, не собирается.
Здесь свои правила. Свои боги. Свои гробы.
И я в этой игре — всего лишь занесённый ветром чужак, случайно оказавшийся в эпицентре чужой судьбы. Да, открывашка порталов)кстати мое прозвище в клане и не самое плохое). Да, из прошлого. Но не отсюда. Не их.
А Элька...
Она как огонь. Греет — и жжёт.
То рядом, то исчезает.
То смеётся — как будто никогда не умирала в походе, не теряла друзей, не жила между мирами.
А я?
Я всё ещё живу между двумя остановками метро и кошмарами о горах.
Да, я втягиваюсь. Да, я могу. И даже хочу.
Но пока что всё это держится на ней.
А это, черт побери, слишком шаткое основание для войны.
Стук в дверь прервал мой внутренний монолог. Обмотав полотенце вокруг бёдер, я пошлёпал открывать. Отлично, сейчас всё объясню Алексу — и потихоньку исчезну из их мира обратно.
Дёрнул дверь — и застыл.
На пороге стояла Элька.
— Я могу пройти? — спросила она. Мой вид её совершенно не смутил.
— Да... проходи, — пробормотал я, пятясь назад, как рак.
Она прошла и села на кровать.
— Твоё? — спросила, беря в руки колоду карт с тумбочки. — Во что играем?
— В дурака, — брякнул первое, что пришло в голову.
— Понятно, — хмыкнула она. — Чем ещё могут заняться два умных и красивых молодых человека по вечерам? Спорим, в «двадцать одно» я тебя уделаю?
— А если проиграешь? — спросил я, по-прежнему ощущая себя не в своей тарелке.
— Тогда... — она на секунду задумалась. — Приглашу тебя в ресторан. Сегодня ведь суббота, выходной. Но если выиграю — ты исполнишь моё желание. Идёт?
В своё время я увлекался картами. Ради удовольствия. В казино, слава богу, ума хватило не соваться. С друзьями играли по мелочи. Потом как-то остыл, но получалось у меня неплохо.
— Идёт. Раздаю я, — сказал я и сел рядом. В одном полотенце на бёдрах. Великолепная экипировка для азартной игры.
Первый расклад — у меня валет и туз. У Эльки — перебор. Я победно протянул ей колоду — и тут же сам получил перебор.
— Очко, — с усмешкой констатировала она, показывая даму и туза.
Через три минуты счёт был 4:1 в пользу восьмого марта.
— Да, с тобой хорошо в казино ходить, — почесал я нос.
— Это точно, — улыбнулась она. — Итак, моё желание. Сегодня ты приглашаешь меня на дискотеку. Восемь вечера, у ворот.
И вдруг — неожиданно — она чмокнула меня в губы.
На мгновение наши взгляды пересеклись, и у меня закружилась голова. Блин, да она ведьма. Ни одна женщина не имела надо мной такой власти.
А она, приблизившись к моему уху, шепнула:
— Скажи, ты всегда такой дурак с женщинами — или только со мной?
— Только с тобой, — машинально ответил я.
Уже не в первый раз замечаю: рядом с ней мозг просто парализуется.