Дети Божии полностью

Перед последними нотами песни она глубоко вдохнула воздух, как бы пропитанный ароматом музыки. Голосом ровным, с лицом, залитым слезами с одной стороны, София Мендес спросила своего сына:

– Исаак, а ты хотел бы узнать еще одну песню?

Он не смотрел на нее, но с необыкновенной уверенностью и равновесием, сопровождавшими его с первых попыток ходить, он подошел к ней. И, глядя в сторону, этот эльф, ее сын, приложил к ее губам тонкий палец, легкий, как крылышко стрекозы-стрелки. «Да, пожалуйста, – говорил он ей единственным доступным ему способом. – Еще одну песню».

– Эту песню люди нашего народа поют по утрам и вечерам, – сказала она и возвысила голос в древнем призыве: – Ш’ма Исраэль! Адонай Элоэйну, Адонай Ехад. – Слушай, Израиль! Господь Бог наш, Господь Один!

Когда она допела, маленький пальчик снова прикоснулся к ее губам, и София запела снова, и на сей раз к ней присоединился голос ее сына, совершенный в слове и гармонии.

Закончив, София высморкалась в горсточку скомканных листьев и утерла лицо о плечо одной из оставшихся теннисок Джимми, бывшей в тот день на ней. Несколько мгновений погладила изношенную мягкую ткань, радуясь хоть какому-то контакту с отцом Исаака. А потом встала.

– Пойдем домой.

Она уже давно обнаружила посадочный аппарат «Магеллана», с помощью орбитального транспондера корабля, активировавшего его маяк для программ глобального позиционирования орбитальных спутников, передавших координаты на ее компьютерный планшет. Покинутый орбитальный самолет находился всего лишь в нескольких километрах от деревни Кашан. Войдя в его бортовые системы, она обнаружила, что корабль надежно заперт, располагает достаточным запасом топлива для того, чтобы вернуться на орбиту, и как будто бы оставался потенциально работоспособным. Активировав связь, она обнулила метку времени и даты, поставила транспондер в режим ожидания ответа.

– Говорит София Мендес, член экспедиции «Стеллы Mарис». Сегодня 5 марта 2047 года по земному летоисчислению. Я ждала ответа на мой вызов от любого присутствующего на Ракхате человека 165 дней по местному времени. Оставляю эту записку, чтобы предупредить о том, что я намереваюсь через пятнадцать дней по ракхатскому времени на посадочном аппарате «Магеллана» оставить эту планету и перейти на материнский корабль. Если к этому времени вы не сумеете добраться до посадочного аппарата, то останетесь здесь. Я сожалею об этом, но больше ждать не могу.

Она обнаружила, что только с большим трудом сумела рассказать Канчаю и всем остальным о своем намерении покинуть Ракхат, но, к ее облегчению, большого волнения среди руна ее план не произвел.

– Этот уже гадал, когда ты соберешься домой, – молвил Канчай. – Тебе, конечно, потребуется хороший товар, чтобы привезти его домой, иначе они подумают, что твое путешествие было неудачным.

Этими словами он напомнил ей, что руна всегда считали, что иезуиты прибыли с Земли исключительно с торговыми целями. А собравшийся лететь с ней Супаари также принял, с их точки зрения, разумное решение: лучше перенести свою торговую деятельность в те края, где тебе не угрожает смертная казнь.

Отправленная Обществом Иисуса миссия завершилась именно таким образом, что вполне устраивало Софию, женщину практичную и к тому же дочь экономиста. Торговля с древних пор служила стимулом для открытия новых земель, и причина эта в данный момент казалась Софии вполне достойной. А собственные претензии на высокое предназначение, похоже, оказались всего лишь рожденными жаждой обрести какое-то значение посреди здешнего уединения. Бредовый, но действенный способ справиться со страхом, вызванным перспективой умереть тут в одиночестве и забвении.

Месяцы ожидания ответа София посвятила старательной подготовке к возвращению домой. Совместно с Супаари она составила списки легких, но не занимающих много места товаров и научных образцов, способных, по ее мнению, представить на Земле материальную или научную ценность: драгоценные камни биологического происхождения, подобные жемчугу или янтарю, но выращенные на Ракхате; маленькие и простые, но изящные чаши и блюда, вырезанные из здешних раковин и красивых пород дерева; образцы почвы, семена, клубни. Дивные, изумляющие сложностью рисунка ткани; многоцветная керамика, поражающая красотой и выдумкой. Растительный обезболивающий бальзам, ускоряющий заживление ран, в свое время помогший Софии. Ювелирные изделия. Образцы благовоний. Герметично упакованные образцы шкур, непроницаемых для любого ненастья; технические руководства, предоставленные химиками, а также формулы и рисунки, иллюстрирующие технологические процессы, которые, по мнению Софии, известны лишь на Ракхате. Достаточно, чтобы гарантировать финансовую независимость, полагала она, если к тому времени, когда они достигнут Земли, там еще будут существовать патентное право и лицензионные договоры.