Булат, не в силах попрощаться с другом навсегда, все гладил коня. Серко успокоился, все поняв, фыркнул совсем по-жеребячьи, тяжело вздохнул и закрыл глаза.
Войцех вышел из сарая. Присел на валявшуюся у стены дровину, покачал головой расстроенно, полез за пазуху и, достав замусоленный кисет, огорченно охая, начал варганить самокрутку.
Сухой пистолетный выстрел прозвучал так не под руку, что боец, дернувшись, выронил почти готовую «козью ножку» прямо в черную грязь.
– От, мать его чтоб! Эх, сука-жизнь! – сплюнул расстроенно Войцех.
Белый, как мел, Булат вялой походкой вышел из сарая. Словно не веря, посмотрел на свою руку с намертво зажатым в ней маузером, попробовал разжать ладонь, но ничего не получилось. Ротмистр, почти не удивившись, разжал намертво впившееся в оружие пальцы послушной левой рукой. Отдав пистолет бойцу, глухо, будто не живой, прохрипел:
– Яму выроешь. Два на два. Похоронить надо.
Войцех только кивнул, чувствуя, что любые слова сейчас будут лишними.
Сгорбленный, как будто придавленный тяжеленным небом к земле, Стас медленно брел, ничего не видя, наугад, загребая босыми ногами равнодушную, привычную ко всему, землю.
<p>Глава вторая</p><p>Бес</p><p>(1942)</p>Самолет тарахтел так, что даже при желании поговорить с группой, отдать последние перед прыжком напутствия и распоряжения, у Сергея не получилось бы. Да и о чем разговаривать? Все переговорено давно, еще в штабе на учебном полигоне под Тулой.
Группа пять человек. Все асы разведки. Не в чинах, но работяги. У взрывника мелковатого Михея финская за спиной, и в немецком тылу пошалить успел, хоть и сам этнический немец. Балакает совсем как немчура, споро. А с чего бы нет? Дойче – язык-то родной. В школе – русский, дома – немецкий. Повезло. У лысого, как колено Смыка вообще – Испания, Халхин-Гол, Финляндия. Снайпер от бога, в копеечную монету с пятисот метров положить «пуля в пулю» для него не проблема. А радистка Клавдия, по виду дурочка, но дело свое знает, детдомовская, резкая на слова и поступки, то, что надо, в общем. Гена-генацвале, коротконогий коренастый грузин с фигурой борца. Мутноватый тип, но, говорят, любого часового снимает за секунду рояльной струной, без шума и пыли. Да и у Сергея за плечами столько, что вспомнить страшно, а забыть невозможно. Поэтому старшим и назначили.
Задача сложная и простая одновременно: наладить взаимодействие разрозненных партизанских групп в Полоцком регионе. Легко сказать, конечно. А попробуй ты объедини в боеспособную группировку сбившихся в стаи голодных дезертиров, евреев, прячущихся в лесах от гестапо, просто лихих, жадных до наживы бандюков, грабящих и немцев, и своих – кого сподручней. С этими генерал сказал не церемониться, уничтожать, и вся недолга. Но, опять же, на их стороне и численность, и знание местности – против немереного диверсантского опыта. Не известно еще, кто кого, надо пожевать, посмотреть, понюхать.
