Особенно учитывая тот факт, что, по сути, куда более зловещей могла показаться именно южная часть постольку, поскольку она возводилась на так называемых «кровавых болотах». А в них, согласно легендам, в иные времена палачи отмывали свои орудия пыток и убийств. Ничего удивительно не было в том, что во все плохие времена тела жителей часто сбрасывали в озеро.
И как-то странно ощущать себя снова здесь. В Сайлент Хилле, но уже столько лет спустя. И почему Аллен не повернул назад сразу же от приюта, а отправился смотреть склад и озеро? Оно, конечно, завораживает, но не до гипнотического же воздействия!
За размышлениями Уолкер совсем переставал следить за окружающим миром и спохватившись вперил взгляд далеко в густую туманную массу, едва проглядывая блеск воды Толуки.
— Мистический вид отсюда открывается, — пробормотал Аллен, цитируя чьи-то слова. Он совсем не чувствовал его зловещим, погубившим многие жизни. Не мог поверить, что из этой спокойной глубины, как рассказывают, тянутся руки мертвецов и стараются утопить всех неосторожных. Толука для него была чем-то сродни Бермудского Треугольника для некоторых энтузиастов. И то, и другое, вроде бы, были опасны, и там, и там люди пропадали, царила зловещая атмосфера, а вот тебя притягивает и заставляет возвращаться вновь и вновь. Будто бы ты очарован. А закат окрашивает блестящую озёрную воду, отражаясь и преображая тёмные потоки в кровь.
Пора было уходить отсюда.
Аллен отвернулся от озера и услышал сзади плеск. По спине пробежал холодок, но теперь юноша был намерен отправиться хоть куда-нибудь. Попытаться определить, к примеру, действительно ли перекрыты дороги и нельзя ли как-нибудь эти заграждения обойти. А ещё было интересно понять, что здесь произошло. Потому что парк выглядел почти так же, как и всегда, только чересчур холодно и пустынно. Да, лак на скамейках облупился, а дерево под ногами местами почернело настолько, что, кажется, ещё немного – и сгниёт до трухи. Да, вот статуя на высоком пьедестале съёжилась и потеряла привычные очертания. Так же, как стёрлась и подпись снизу. Аллен помнил только приблизительно, что, возможно, это памятник жертвам старой эпидемии, прошедшейся по городу. В истории Сайлент Хилла было немало кровавых страниц. Аллен отвернулся от каменного изваяния, чтобы отправиться бродить по дорожкам парка в поисках выхода. Там, глядишь, можно будет отыскать и какие-нибудь указатели, сориентироваться на местности. Ему хотелось вернуться к нормальному ощущению реальности, казалось, наваждение, пленившее его на пути к парку, так никуда и не отступило, а лишь затаилось в глубине. С ним самим действительно что-то было не так. Выход нашёлся почти сразу. Небольшая площадка перед воротами была занята невысоким зданием с накрепко закрытой дверью и парой мутных окон. Если Аллен верно понял, то именно здесь обычно продавили цветы или различные безделушки по типу оберегов, символов любви и красивых статуэток. Ах да, ещё Аллен неизменно наблюдал здесь старичка, продающего воздушные шары самой разной формы и расцветки. Особенно популярными были в форме голов-талисманов местного парка развлечений. Талисманов было несколько, но Аллен помнил только розового кролика Робби, что был гораздо популярнее других.
Оказалось, он так много помнит и знает об этом городе. Стало очень тоскливо от осознания, что здесь больше никто не живёт, слишком пусто и мёртво. Вот, например, прямо перед ним широкая дорога. Действительно широкая, потому что других в Сайлент Хилле не было. Это ведь небольшой город, с прилипшими друг к другу многоэтажками, и между которыми, едва протискиваясь, следует дорога, изредка прерываясь и уходя в стороны к многочисленным парковкам.
В Сайлент Хилле всегда было достаточно места. Эшфилд не на много ушёл вперёд и всё же приблизился к тем городам, улицы которых постоянно заполнены толпой непонятно куда следующих людей. Впрочем, прямо сейчас Аллен был готов отдать многое, только бы очутиться в самом центре толпы. Он стоял ровно посреди дороги, и окружающий его туман не давал разглядеть даже примерных очертаний стен покинутого парка или витрин, стоящих с другой стороны магазинов. Или окна домов. Аллен никоим образом не помнил, что именно находится по ту сторону дороги, и сейчас ему было довольно жутко. Кто угодно мог запросто подойти к нему в любой момент, а Аллен его даже не заметит. До тех пор, пока нападающий не окажется на критическом расстоянии. Он был беспомощен.
Оставалось надеяться, что эти таинственные нападающие тоже ни черта не видят. А значит, остаётся только возможность услышать. И Аллен, затаив дыхание, двинулся в одну из сторон.
