Фигура неловко запнулась о порог и бесполезным кулем рухнула во двор, с противным чмокающим звуком покатившись в сторону Аллена. А он только ещё сильнее впился в балку позади себя, будучи не в состоянии сдвинуться с места. Фигура начала сжиматься, притягивая ноги к голове, и извиваться на манер личинки, оставляя за собой чёрный след дурно пахнущей жидкости, как будто ей было плохо или она не могла встать на ноги. А Аллен стоял, широко распахнув глаза, и смотрел, слегка скашивая глаза в сторону и наконец-то перекидывая правую ногу за ограждение. Он открыл рот, чтобы снова позвать, но смог только захрипеть, а вот существо настороженно замерло и – Аллен был готов поклясться в этом – прислушалось, в одно мгновение перекатилось свёрнутой головой в сторону Уолкера. Ни у одного человека не могла расти голова горизонтально и практически из груди! — это было первое, о чём подумал Аллен, а его вторая нога уже тоже была перекинута за ограду. Фигура тут же, воспользовавшись удивительным проворством, приподнялась, бинты на груди забурлили, встопырились, тягучие чёрные капли выступили на раздуваемой груди, оголяющей алую мясистую поверхность, скрывающуюся за ними. Аллен попятился, запинаясь и путаясь в собственных ногах. Чем бы это ни было, это не было человеком. Капли с тихим шипением шлёпнулись на асфальт, они прожигали его, эта жидкость, что выделялась этим существом, была.. была кислотой? — Чёрт, — в голове не осталось ни одного реально сильного ругательства, только пустота и бьющаяся в этой пустоте единственная паническая мысль «Беги!». Он должен был мчаться отсюда со всех ног, но почему-то только медленно пятился, в то время как существо поднялось на ноги, всем корпусом оборачиваясь к юноше. И он сорвался. Он развернулся на сто восемьдесят градусов и, не обращая внимания на раздавшееся за спиной шипение, бросился вперёд, в никуда, в самый туман, туда, куда бежал до этого. Бежал снова, не разбирая дорогу, игнорируя прошлый неудачный опыт. Бежал и слышал, как позади раздаются всё те же всхлипы и вздохи, шипение и отвратительный запах протухших яиц. Он бежал вперёд, задыхаясь от бега и практически не видя, что находится у него под ногами, ровно до того момента, пока это не стало невозможно.
Асфальт под его ногой резко ушёл вниз, наклоняясь в сторону, юноша затормозил, по инерции сделал ещё пару шагов и замер прямо перед широкой, примерно с его ладонь трещиной между двумя просевшими кусками асфальта. А дальше шла ещё трещина. И следующий асфальтовый пласт находился в вертикальном положении. А потом дороги не было. Ни асфальта, ни бетона, ни каких-либо укреплений. Он стоял посреди обвалившегося у самого основания моста. Он тяжело дышал и пытался понять, как это возможно, если Сайлент Хилл закрыт не больше пары лет назад? Что должно было случится, чтобы разрушился мост? Землетрясение? Но от такого ещё никто города не закрывал!
Аллен сделал осторожный шаг прямо к торчащей вертикально плите и заглянул за неё, но снова не смог разглядеть поверхности воды. Только туман. Очень плотный туман. Если бы здесь не было таких плит, а просто мост внезапно обрывался в пропасть, он бы так и пробежал в бездну и, возможно, разбился бы о воду.
Он идиот. С этим городом реально что-то не так, и стоять здесь на краю не безопасно.
Аллен медленно отступил назад, поднимая лицо, и ему на нос упало что-то чёрное. Маленькая чёрная крупица, упавшая прямо с неба. А потом ещё, ещё и ещё… Аллен выставил руку и с недоумением растёр перчатками эти чёрные комочки. Это был пепел – пепел, падающий прямо с неба.
Звонок застал Шерила в редкое мгновение абсолютного безделья. Он сидел на заднем сиденье своего автомобиля, как и все простые смертные в вечерней пробке, и перебирал визитки, завалявшиеся в портмоне. Затор на дороге был слишком плотным, и автомобили практически не продвигались вперёд. Так что молодой мужчина в дорогом костюме никуда не торопился и уже даже подумывал о том, чтобы пройтись пешком, прогуляться и подышать воздухом. А тут звонок, который сразу же заставил губы растянуться в улыбке. — Да, дорогая. Как прошёл день? — Отлично, пап, я у Толуки! — девочка, находящая на расстоянии нескольких тысяч километров от отца, задумчиво покачивалась на огромной каменной глыбе, вглядываясь в озёрную гладь. — Буду возвращаться, наверное. Было что-нибудь интересное? — Где? На заседании, что ли? Ты шутишь? — Шерил хмыкнул, — Что там могло произойти? В третий раз обсуждали одно и то же. У нас проблем немало, ан нет, эти идиоты продолжают считать проценты в попытке объять необъятное… — Я так и не поняла, что вы там обсуждали… — Ах, да криминальную обстановку в округе. Ну, вот, вроде бы, уже сколько, пару лет тишины, так нет, все пытаются создать иллюзию бурной деятельности, департаменты полиции до сих пор заваливают всех, кто имеет государственный чин, жалобами и требованиями о том, чего им не хватает. В нескольких городах штатов опять проходят дни памяти, видно, осеннее обострение у них, и три из пяти перерастают в возмущения…
