Вода хлещет на корабль, и тот идет ко дну. Но не успевает восторг стихнуть, как я вижу тонущих предсказателей. Команда подбитого судна изо всех сил пытается доплыть до края арены, чтобы удержаться на поверхности. Среди них я с ужасом замечаю маленькую девочку, слишком слабую, чтобы бороться с волнами. Ее бесчувственное тело камнем идет ко дну.
Я отдаю команду, но чувствую, как связь с духами слабеет. Мои солдаты тают, покидая арену ради покоя загробной жизни. Воздух в легких заканчивается, и я начинаю всплывать, замечая, как духи, словно рогохвостые скаты, окружают и подхватывают девочку, прежде чем ее тело опускается на дно. Чувствую последние приливы аше, когда они закидывают ее на дрейфующую доску. Она жива.
Вынырнув из воды, я захожусь в кашле. Духи исчезают, и я ощущаю пустоту внутри. Жадно глотая воздух, шепчу слова благодарности.
– Вы видели это? – грохочет распорядитель. Арена смолкает, не понимая, что потопило корабль.
– Зели! – кричит сверху Тзайн, на его лице, несмотря на окружающий нас хаос, ликующая улыбка. Я не видела ее лет десять – в последний раз он выглядел таким радостным, когда наблюдал за маминым магическим ритуалом.
– Так их! – кричит он. – Продолжай!
Меня распирает от гордости, а кожа горит от магии. Я делаю глубокий вдох, а затем опять ухожу под воду.
И вновь читаю заклинание.
Хаос.
До этого момента я не понимала значения этого слова. Хаосом для меня были крики матери перед обедом или интриги олойе, сплетенные из-за украшенных золотом кресел.
Теперь я чувствую его с каждым вдохом, с каждым ударом сердца. Он растет, разлетаясь брызгами крови и криками, когда корабли погружаются в бездну.
Я отползаю назад и прикрываю голову. Гремит выстрел. Наше судно дрожит. Новое ядро находит цель. Осталось всего семнадцать кораблей, но все же мы еще не подбиты.
На палубе кипит работа. Наша команда стойко сражается, несмотря на царящий вокруг кошмар. Жилы вздуваются на шеях гребцов, уводящих корабль вперед, пот льется по лицам артиллеристов, когда они заряжают пушки взрыв-порохом.
Но как бы я ни пыталась, ничего не выходит. Я едва дышу. Внутри все дрожит, когда ядро проламывает палубу нового корабля. Крики раненых, словно осколки, режут уши. Запах крови разливается в воздухе, и я вспоминаю слова Зели. Когда мы прибыли в Ибеджи, она ощутила вкус смерти.
Сегодня его чувствую я.
– Они приближаются! – кричит Тзайн, указывая на дымную завесу. К нам приближается судно, его гребцы вооружены копьями.
Они хотят взять нас на абордаж. Хотят начать бойню на палубе.
– Амари, собери гребцов! – кричит Тзайн. – Помоги мне отразить атаку!
Как всегда бесстрашный, он тут же срывается с места, не успевая понять, что от страха я не могу сдвинуться с места. Мои легкие горят. Почему-то я не могу вспомнить, как надо дышать.
Но когда враги спрыгивают на палубу, годы тренировок вылетают у меня из головы. Я пытаюсь обнажить меч, но руки предательски дрожат.
– Я не могу…
Прошло столько лет, но я все еще не способна на это. Ничего не изменилось. Я не могу поднять меч, не могу сражаться.
Просто застываю на месте.
Вместо этого я умру.
Я прижимаюсь к борту корабля и прячусь, пока команда сражается с врагами. Их кровь заливает мне ноги. Крики боли звенят в ушах.
Меня окружает хаос. От ужаса я едва могу видеть, что творится на палубе. Одно долгое, затянувшееся мгновение, и я понимаю, что меч устремлен на меня.
Мои руки висят плетьми. Клинок взлетает к моей шее…
Я слышу крик Тзайна, а затем его кулак врезается в челюсть врага. Тот падает, как подкошенный, но клинком успевает задеть руку моего спасителя.
– Тзайн!
– Спрячься, – кричит он, хватаясь за раненое предплечье.
– Прости…
– Просто держись подальше!
Он уносится прочь, и слезы стыда обжигают мне глаза. Я стою, забившись в угол, и просто хочу исчезнуть. Не нужно было идти с ними, я не должна была быть здесь. Не следовало покидать дворец…
Громкий удар оглушает меня. Наш корабль вздрагивает с ужасающей силой, и я падаю, едва успевая схватиться за перила. Пытаюсь переждать тряску. Вот оно.
Нас подбили.
