Наконец, несколько тяжёлых дверей остались позади, и вокруг воцарился каменный холод центрального холла. Конни нервно смахнула с лица капли дождя, заставшего её во дворе, и вдруг наткнулась на испуганный взор госпожи Сапфир. Она стояла в нескольких шагах от девушки, держа в руках серебряный поднос с фарфоровым чайным набором и стопкой каких-то закусок. Женщина то ли в возмущении, то ли в изумлении открывала и закрывала рот, будучи не в состоянии произнести хоть слово. Наконец, пузырь вакуума лопнул, и она воскликнула:
– О, Констанция! Вы с ума сошли! Почему вы не в посте..?
– У нас что, гости? – перебивая домоправительницу, выпалила девушка возбуждённо и широким шагом проследовала в синюю гостиную, где застала весьма примечательную компанию.
На синих бархатных диванах друг напротив друга сидели трое: доктор Сигрин, комиссар Варга и Франк Аллан. Лиц доктора и комиссара Конни не видела, а вот прекрасное лицо Франка Аллана казалось напряжённым и даже как будто гневным. Мысли молодого человека были где-то далеко, и они тяготили его, делая светлый обычно взгляд непривычно тёмным. Поодаль от этой компании, у окна, стоял, протестующе скрестив руки на груди, хаскиподобный Макс Аткинс и тоже нервно скрипел челюстями.
– Добрый день, господа! – воскликнула девушка, привлекая всеобщее внимание. Выражения лиц Франка и Макса мигом изменились, сменив гнев на искреннюю растерянность. Комиссар и семейный врач, обернувшись на звук её голоса, тоже были немало озадачены. Видок у госпожи Маршан, конечно, оставлял желать лучшего: растрёпанная и бледная, с бинтовой заплаткой над бровью и в клетчатом халате, наспех накинутым поверх пижамы, она немного нервно улыбалась и краснела. – Я так рада, что застала вас здесь!
– Это что, шутка такая? – вскинув одну бровь, проговорил доктор Сигрин холодно. – Немедленно вернитесь в свою комнату.
– Э-э, нет, – недолго поразмыслив над его словами, выпалила Конни.
– Констанция, вам действительно лучше… – поднимаясь со своего места, попытался вклиниться Франк, но тут же услышал категоричное и строгое:
– Я же сказала – нет. И оставьте свои любезности и проявления заботы до лучших времён, хорошо? Я вам всем это говорю.
– Ох, узнаю это поведение, – усмехнулся Варга. – Что ж, мой опыт подсказывает – лучше с госпожой Ди Гран сейчас не спорить.
– Ваш опыт вас не обманывает, – постепенно превращаясь в стального робота, как это часто бывало в таких случаях, бесстрастно произнесла девушка и решительным шагом направилась к свободному месту на диване рядом с Франком. Усевшись поудобнее, она добавила, обращаясь всё к тому же Варга: – Вы, наверное уже в курсе, что на меня напали накануне вечером?
– В курсе, поэтому я здесь. Вы хотите назвать мне личность нападавшего?
– Это был либо мужчина, либо женщина.
– Великолепный ответ, Констанция. Пожалуй, самый точный из всех, что мне приходилось слышать, – с иронией проворчал комиссар. Конни выждала, пока мужчина насладится секундой своего остроумия и пояснила спокойно:
– Это был либо Альфред Диккенс, либо Надин Тейнис. Так понятнее?
На мгновение вокруг воцарилось молчание. Варга смотрел на девушку, грозно сдвинув свои кустистые чёрные брови над переносицей. Наконец, он произнёс сдержанно:
– Зачем Надин стала бы нападать на вас?
– Расскажу, если не будете предъявлять обвинения Марку Аткинсу и отвезёте меня к ней.
– Это был мужчина, – вдруг подал голос Франк Аллан и посмотрел на Конни таким взглядом, который не оставил у неё никаких сомнений в правдивости этих слов. Во взгляде этом отразилось и напряжение, и презрение к негодяю, и какая-то особенная забота, направленная на саму девушку, от чего на сердце у неё потеплело. – Я ждал твоего возвращения вечером и немного беспокоился. Выглянув в окно, я увидел твой силуэт, направлявшийся к моему дому, а затем следом за тобой появилась высокая фигура в дождевом плаще. Я видел, как он размахнулся и ударил тебя, после чего…ну, в общем…
– Бросился мне на помощь? – догадалась девушка, а голос её при этом прозвучал так вдохновенно и восторженно, словно она собиралась петь псалом. Где-то у окна презрительно фыркнул вожак псоглавцев, и от этого госпоже Маршан стало сильно не по себе.
Наконец, хотела она того или нет, но оставшиеся воспоминания прошлого дня всплыли в её памяти…
После чудом предотвращённого падения в реку и непреднамеренного убийства сторожевой собаки Констанция с трудом приходила в себя. В этот момент заботу о ней взял на себя Макс Аткинс. Она точно не помнила, как оказалась с ним в совсем пустом зале бара «Волчий вой», за дальним столиком в самом тёмном углу. Одинокий бармен даже не смотрел в их сторону, лениво протирая стойку. Одним махом Конни осушила рюмку с каким-то крепким, тягучим и горько-сладким ликёром, и этот алкогольный выстрел в голову более-менее вернул её к жизни.
