Видимое и без того наделало хлопот. Целым отрядом нагрянула жандармерия, но тоже не смогла пробиться. Хоть они и квакали грозно из своих матюгальников на всю государственную трассу. Обрушенную часть дороги ещё не восстановили. Неправильно припаркованную машину они обошли крутом туда и обратно. Ничего не обнаружили, кроме того, что она сильно запотела изнутри. Есть над чем подумать. Один за другим отдыхающие начали терять самообладание. То, что давало некогда сплошное умиротворение — еда, погода, красота как на ладони, — всё было теперь отравлено. Так не договаривались, чтобы на собственной машине нельзя было ни выехать, ни въехать, ни развернуться. Самым ценным ведь была уверенность, что ты всё можешь, на то и отпуск. Что там лежит и спит в основе всего и есть ли вообще у всего основа? Вдруг вынырнули откуда ни возьмись какие-то люди (будто живая изгородь выстрелила ими), которых здесь никто прежде не видел. Они ходили вокруг просто так, иногда подходили друг к другу, как знакомые между собой, но с нашей белеющей сельской дороги они точно подойти не могли.
