– Я не знаю. Но вокруг головы у неё был нимб. Обычно так обозначают святого. Но эта фреска была старая, из времён до Потопления, прежде чем появились святые. Может, тогда нимбы означали что-то другое.
– Например? – вопросил Сиф.
– Ну, теперь люди верят, что нас оберегают святые, – сказала Элли. – А тогда люди полагали, что это боги. Что, если нимбом наделяли именно их?
– Но с чего богу выходить из мёртвого животного? – недоумевала Анна.
Элли закусила губу.
– А разве не это примерно делает Враг? Оный выходит из Сосуда? Может, и у других богов были Сосуды. Но что, если они не убивали его, а ждали, пока Сосуду не приходило время умереть – помнишь, Сиф, волк выглядел по-настоящему дряхлым? Они, наверное, были намного более добрыми богами. Иначе зачем Врагу было топить их?
Сиф поднялся, настороженно глядя на Элли.
– Что ты хочешь сказать?
– Я считаю, что Анна права. Это и правда ты – в той истории. И у акулы тоже были голубые глаза, как и у кита, из которого ты появился.
– Но… это было сотни лет тому назад, – промолвил Сиф. – Мне никак не тысяча лет.
– Твоему телу нет, – согласилась Элли, оглядывая его с ног до головы. – Но что, если какая-то часть тебя древнее?
Сиф отвернулся.
– Выходит… ты хочешь сказать…
– Я хочу сказать, что тот кит, из которого я вытащила тебя, был Сосудом. Что означает, что ты… э… – Элли не хватало духу произнести это вслух.
– Ты бог! – возбуждённо прошептала Анна.
– Нет, – бросил Сиф, уставившись на Анну. – Никакой я не бог.
– Но это единственное логичное объяснение, – мягко проговорила Элли. – Враг был не единственным богом, пережившим Потопление.
– Я не бог, – сказал Сиф и сердито развернулся к ним лицом. – Я мальчик. Я – это я.
– Мне кажется, ты можешь быть и тем и другим.
– Нет! – вскричал Сиф, и волна взметнулась на набережную.
– Сиф, тебе нужно оставаться спокойным, – сказала Элли, глядя, как вода обтекает камни мостовой у неё под ногами.
Сиф снова сел как подкошенный.
– Не может… – пробормотал он, поникнув головой.
– Почему же нет? – спросила Элли.
– Потому что означает, что мои братья и сёстры… – Он посмотрел на море, глаза его блестели. – Это значит, что они мертвы.
Сиф опустил голову, его била мелкая дрожь. Элли шагнула было к нему, но остановилась, не зная, что делать. Море бормотало. Волны накатывали на набережную. Затем море взревело, и более мощная волна перехлестнула через парапет набережной. Элли и Анна отскочили в сторону, чтобы не замочить ноги. Сиф словно и не замечал; его трясло и колотило, и море било и бушевало всё сильнее. Тяжёлые волны высоко вздымались вдали за замком и сталкивались друг с другом у самого горизонта, словно сражающиеся чудовища.
– Я думаю, это небезопасно для него – так злиться вблизи от моря, – заметила Анна.
Элли присела на корточки возле Сифа.
– Прости, – сказала она, встревоженно поглядывая на волны. Хотелось бы ей знать, что сказать, чтобы утешить его.
Она сжала его руку.
– Сиф, – позвала она.
Его глаза открылись, на лице застыло скорбное и потерянное выражение.
– Я даже не помню их лиц, Элли, – промолвил он.
– Я понимаю, – сказала она, думая о сотнях набросков и портретах своего брата, которыми была увешана её спальня. – Я понимаю. Но ты помнишь, что ты любил их, правда? Это очевидно, что ты любил их, иначе ты не переживал бы настолько сильно, чтоб вызвать подобное. – Она указала на яростно бушующее море.
Он какое-то время молчал. Элли и Анна сели по обе стороны от него, и вместе они смотрели, как луна плывёт по небосклону.
– Но что я делал всё это время? – вопросил Сиф. – Просто был… затерян в море?
Элли пожала плечами.
– Враг переходит из Сосуда в Сосуд. Может, и ты тоже? Может, ты переходил от одного морского зверя к другому, веками ища своих братьев и сестёр.
Сиф нахмурился и перевёл взгляд на море. Он испустил глубокий вздох.
Элли скользнула взглядом по теням и заметила Финна, который сидел по-портновски под статуей, ухмыляясь полнозубой улыбкой.
– Ты знал об этом? – шепнула она.
Финн захихикал.
– Конечно! – заявил он, покачиваясь из стороны в сторону. – Как ещё мог он сдвинуть море? Мои братья и сёстры обладали разными дарами: управляли погодой, создавали музыку ветра, наполняли мёртвую почву новой жизнью. Они были невероятно занудны.
– И поэтому ты хочешь убить его?
Финн закатил глаза.
– Не будь дурой, – сказал он. – Я хочу убить его, потому что он подвергает тебя опасности. Мне кажется, я предельно ясно всё объяснил. Кроме того, если я и убью его, он довольно скоро вернётся, вырвавшись из какого-нибудь гниющего дельфина, или моржа, или ещё кого.
Элли в отвращении отвернулась. Капля дождя упала ей на лицо, затем другая. Она запрокинула голову и увидела тёмные облака, сплетающиеся вокруг луны.
– Нам нужно идти домой, – сказала она. – Приближается шторм.
Тут Сиф схватил Элли и Анну за плечи.
– Что ты делаешь, – зашипела Анна, выставив оберегающую руку перед Элли.
– Кто-то идёт, – прошелестел Сиф сквозь сжатые зубы.
И тогда Элли тоже услышала. Звук шагов. Вдоль набережной. Тяжёлая, громыхающая поступь.
– Пошли, – распорядился Сиф.
