— Но ведь естественно, что на планетах с разными орбитами времена года наступают не одновременно! У вас, правда, насколько я помню, год из-за какой-то странной традиции начинается не с зимнего солнцестояния, а на неделю позже. А у нас первое января совпадает с зимним солнцестоянием. Но вообще календарь такая штука — один раз введёшь, потом уже не поменяешь. У вас календарь не менялся с эпохи Великих Географических открытий. А у нас — с начала освоения планеты, и он чуть ли не самый запутанный на всех обитаемых мирах, потому что был первым. Те же толиманцы учли наш опыт, и у них получилось гораздо лучше. Например, они не стали брать земные названия месяцев, а воспользовались каким-то забытым французским проектом. А что касается времени на часах, то сутки и час у нас почти как ваши, разница в пару-тройку процентов. Но делить час на шестьдесят раз по шестьдесят не получается. Секунды пришлось оставить как на Земле, иначе поехала бы вся физика. В результате у нас в часе примерно три тысячи семьсот секунд, поэтому мы делим его на сто частей по тридцать семь секунд. На самом деле все ещё чуточку сложнее, потому что не совсем точно три тысячи семьсот. Но это пусть компьютеры разбираются, у них мозги электронные, а для бытовых целей достаточно знать про сто и тридцать семь. Так что просто переключите свой телефон или коммуникатор на местное время, и всё будет в порядке, — Эрнест сделал паузу, переводя дух после длинного объяснения. — К счастью, система долин Маринера достаточно мала, чтобы в них не приходилось вводить часовые пояса. Вот Олимпия и Уллис, те живут по своему времени, но туда мы с вами вряд ли доберёмся. Впрочем, вы видели Клавиус, а говорят, кто видел один купольный город, видел их все, так что в наших рудничных посёлках за пределами хандрамитов нет ничего интересного. Но вообще… что это я тут лекцию читаю? Вы обедали?
— Нет, по-моему. Тут как-то не разберёшь, где утро, а где вечер. В общем, с момента посадки, а это было часов пять тому назад, я только выпил чашечку кофе, заботливо предложенную барменом в порту.
— Тогда пойдем перекусим.
Эрнест решительно отправился к выходу со станции, и Анджею оставалось лишь последовать за ним.
Выйдя со станции, они попали на узенькую улочку, застроенную двухэтажными домиками с черепичными крышами. Между первым и вторым этажом тянулась сплошная цепочка вывесок, иногда взрывавшаяся какой-нибудь фигурой в пол-этажа размером.
— Говорят, на любой планете есть своя сеть правильных забегаловок, в которую и нужно ходить. Вот у нас на Марсе, если надо именно оперативно поесть, ищи «Аэлиту». Совершенно не элитное заведение. Простенько, но быстро и качественно. И везде есть. А вот и она, — Эрнест указал на вывеску, изображавшую девушку в темном платье и остроконечной шляпе, похожем на те, в которых принято рисовать звездочётов. — Ориентируйтесь на этот характерный колпак, не промахнётесь.
Внутри «Аэлита» представляла собой типичное кафе самообслуживания. Длинная стойка с дорожкой для подносов, изгибающаяся прихотливой дугой, огромные подносы с горячими блюдами и чаны с супами. Анджей набрал себе еды и внезапно задумался о том, чем расплачиваться. Всё-таки другая планета, и онлайн-связи с земным банком здесь, скорее всего, нет. Посмотрев вперёд по ходу очереди, он увидел, что большая часть людей подносит к кассе телефон или коммуникатор, и решил попробовать. Если нет, придется просить Эрнеста заплатить за него…
Коммуникатор пискнул и выбросил обычное окошко авторизации платежа на сумму 3 тускуба 65 тарсов. Анджей нажал ОК и задумался, надолго ли хватит денег на счету сотового оператора.
Подтащив поднос к столику, он занялся выяснением этого вопроса. На счету оператора, где он обычно не держал больше пары сотен уорлдо, лежала сумма в тысячу тускубов, а во входящих имелось сообщение от Мары: «Я тебе бросила на счёт небольшую сумму. Надеюсь, хватит до тех пор, пока ты разберешься, как тут зарабатывать.» Cудя по цене обеда, сумма была не то чтобы небольшая.
— Насколько это у вас много — тысяча тускубов? — поинтересовался Анджей у Эрнеста.
— Прилично. Когда мой старший закончил колледж, он устроился на работу как раз с окладом тысяча в месяц и считал, что ему повезло. Конечно, семью на это не прокормить, поэтому о ребенке они с Ниной задумались только тогда, когда он стал получать две тысячи.
— Интересно, откуда у курсанта такая сумма? — вслух пробормотал землянин.
Эрнест заинтересовался вопросом, и Анджей рассказал ему про то, как именно он оказался на Марсе и кто такая Мара.
— А, не бери в голову, — усмехнулся Эрнест. — Командир корабля, даже такого маленького, как пинасса, всегда найдет, как добыть карманные деньги для экипажа. Просто продать в порту пару ящиков продуктов, взятых за гроши в предыдущем порту захода. Там это еда, тут — инопланетная экзотика.
— И что, интересно, считается экзотикой на Марсе?
