Фран заметила, что удары сердца будто бы стали реже, и словно замедлилось происходящее вокруг. Посреди разговора с колдуном, Роксахор, склонившись в седле, потрепал, погладил шею коня, весело бросив животному несколько слов - кольчужная горловина при этом развернулась, раскрылась навстречу холодному ненавидящему взору Фран, - и, смеясь, повернул голову к собеседнику. Тонкая бармица, стекающая с золочёного шлема на плечи, больше не защищала молодую смуглую шею. Девичьи руки с нечеловеческой силой натянули крепкую тетиву.
Но за несколько тактов сердца до мига, когда с тетивы сорвалась стрела, случилось непредвиденное.
- Он ведь знал, - внезапно заговорил Сет - негромко, весомо, камнем роняя каждое слово - и ещё до того, как в сознание Фран проник смысл этих слов, она по одному лишь особому тону уже понимала, о ком идёт речь, - он всегда это знал - про ученика, который погубит учителя. Он сам, нарочно, вырастил его таким. Кто не остановится, кто доведёт Пустыню до Меды. Чтобы сразится со Змеем. Чтобы исполнилось лучшее из пророчеств. В остальных - ад и смерть.
И еретик был прав. Что-то похожее Фран слышала в монастыре - а потом не то, чтобы забыла - не успевала подумать об этом. Ей трудно давалось думать в последнее время.
Сет почти не видел её лица - угол левого глаза и штрих ресниц, - и где-то там, совсем неуловимо, что-то дрогнуло и изменилось.
Стрела из варварского лука вонзилась в атласную шею царского жеребца. Взметнулся веер, фонтан алой крови, окатив Роксахора и оказавшихся рядом. Животное упало на колени и медленно завалилось набок. Последнее, что показало волшебное зрение Фран - из-под низкого капюшона, не замечая поднявшейся суеты, неотрывно смотрел в её сторону чёрный колдун.
Надрывный отчаянный вопль огласил башню. Тони разрядил в белый свет самострел и выскочил на узкий каменный карниз, соединяющий бойницы верхнего ряда. В одном безумном рывке он допрыгнул до Сета и рухнул с ним вниз, вцепившись смертельной хваткой - как охотничий пёс, бесстрашно повисший на шкуре огромного кабана.
Фран, обессилев, привалилась к стене.
Некоторое время одноглазый задумчиво наблюдал катившийся прямо на него клубок дерущихся тел. Потом подскочил ближе и коротким ударом в ухо отшвырнул Тони в сторону. Потом повернулся к еретику.
- Но зачем? Адский ад, я не верил, что это возможно - но зачем ты ей помешал?
Сет облизал разбитые губы.
- Так надо. Долго объяснять, действительно надо. Прости.
- Чего там, не говори. Проклятье! Думаешь, что уже не во что не веришь, но перед самым приходом безносой вдруг понимаешь - всё-таки ждал, что лично к тебе явится посланец богов и объяснит - зачем это было. Считаешь, что ваши - в курсе? Еретики видят поле большой игры, а мы только лишние камни, что сметаются в сторону первыми?
Сет посмотрел с уважением.
- Ты смелый человек, не боишься правды. Хочешь увидеть посланца богов? Он там, за окном, горюет по лучшему другу. Тень за его плечом - бессмертный. Только они не настроены ничего объяснять. Они пришли сюда не за этим.
Дальнейшее будто слиплось в тягучий дурной сон. Словно внезапно иссякла способность людей совершать осмысленные поступки.
Воздух густел от дыма. Оглушённая, растерянная Фран спустилась вниз и теперь сидела на полу рядом с Тони. Робко отведя с его некрасивого лица спутанные волосы, жалостливо погладила по щеке.
Почти утративший человеческий облик одноглазый, злобно и презрительно оскалившись, раздавал последние стрелы врагам под самыми стенами башни, перемещаясь между бойницами нижнего ряда.
Сет сделал то, чего не должен был делать - мысленно обратился к призраку воронёнка с вопросом - что тот теперь скажет. И дерзкий знакомый живой голос сразу же отозвался в его голове: "А ничего. Того раза тебе пока хватит. Только знаешь - отошёл бы ты дальше к восточной стене".
Внезапно всем телом вздрогнул Тони, резко взвился, и, не успев как следует очнуться, снова ринулся на еретика. Тот отступил на два шага назад - а дальше падал, подкошенный, сбитый с ног раздавшимся взрывом. Снесло обращённую к городу стену башни. Сына строителя подбросило вверх, - на мгновенье мелькнуло белое, безумное, незрячее лицо - прежде чем кануло в развёрстую пасть жаркой тучи огня и праха.
Сет по-кошачьи вывернулся в падении и приземлился на четвереньки. Обернувшись, метнулся к застывшей на месте девчонке, вокруг которой выгнулась осыпающаяся кромка провала и, ухватив за плечо, рванул на себя. Освободившийся выступ каменного пола, отколовшись, обрушился вниз.
Послышался надсадный кашель кривого, а потом на удивление спокойный голос:
- А лаза-то больше нет. То и хорошо, что следов не найдут. Только бы парни успели уйти.
Сдавленно пискнула Фран, прижатая к груди еретика. Только тогда Сет заметил, что снова держит её в руках - почти как в ту ночь, когда лишь вмешательство потусторонних сил предотвратило расправу. Медленно, нехотя, он ослабил захват и отпустил непонятное существо, в котором лишь этим безумным днём разглядел какие-то человеческие черты.
