Дети тьмы полностью

Он осекся, но я знал, о чем он. Буря была слишком ужасной, неважно, принадлежала ли одна из машин впереди Биллу Стакли. Если Стакли и миссис Уоткинс задерживаются, шансы на спасение мамы сходят на нет.

Я смотрел на дверцу машины с немым отчаянием. Задние дверцы «крузера» открывались только снаружи.

— Выпустите меня, — сказал я отцу Криса.

— Это еще почему?

Я сжал зубы, придумывая ложь.

— Потому что я скоро обмочусь.

Вздохнув, он вылез из машины, обошел ее и открыл дверцу.

Я выскочил из «крузера». Дождь накатил волной.

Волосы прилипли к голове, дождь был холоднее, чем прежде. Я провел рукой по лбу, чтобы с челки не лило в глаза, и, всмотревшись в блестящие струи дождя, различил человека, разговаривавшего, вернее, спорившего с начальником Кавано. Я припустил к ним, оглядывая по пути машины в пробке и надеясь, что среди них не будет «крузера» Стакли.

Я насчитал три машины, но ни одной не узнал.

Наконец я добежал до Кавано и здоровяка-ремонтника. Я понял по наклейке на дверце белого грузовика, что он из «ТИПМОНТ», местной электрокомпании. Через секунду я увидел проблему. Сразу несколько столбов повалило, и провода змеились по дороге. Они упали по диагонали и не загораживали всю дорогу. Вероятно, причиной спора было то, опасно ли ехать дальше или нет. Кавано указывал на лес, электрик беспомощно, но упрямо разводил руками.

— В чем проблема? — раздался низкий мужской голос.

Обернувшись, я увидел высокого мужчину в дорогом сером костюме, злобно глядящего на Кавано и электрика. На вид ему было лет пятьдесят, волосы, в которых проглядывала седина, без сомнения, были аккуратно уложены, но теперь промокли и спутались. У него за спиной виднелась открытая дверца белой «ауди».

— Это я и пытаюсь объяснить, — сказал здоровяк, раздраженно кивнув в сторону Кавано. — Дорога закрыта до лучших времен. Вам нельзя находиться так близко к упавшим линиям. Если заискрит, будет как в гнезде гремучих змей.

— Я понимаю, — нетерпеливо сказал Кавано. — Но остается достаточно места, чтобы проехать.

Он указал на пространство между проводами и бетонным ограждением.

— ...это вопрос жизни и смерти.

— И мне, — добавил высокий мужчина в костюме, — нужно в Лафайетт на совещание.

Электрик положил руки на бедра.

— Мы знакомы?

— Я Джефф Перлман, из «Перлман, Фишер и Майерс», и я не желаю больше тратить на вас время.

«Отлично, — подумал я. — Еще один юрист».

Кавано смерил Перлмана взглядом.

— Вы послушаете этого специалиста и немедленно повернете обратно.

Перлман безрадостно хмыкнул.

— Но вы-то проедете?

Кавано кивнул.

— Мои дела — не ваша забота, но да, мои полномочия превыше упавших проводов.

Здоровяк поскреб кудрявые волосы у загривка.

— Вообще-то нет, начальник. Общественная безопасность превыше всего, а это просто безрассудно.

— Моя сестра, — вклинился я, — в опасности. Она в тех пещерах, и мы должны ехать. Прямо сейчас!

Электрик уставился на меня. В глазах Кавано было раздражение, но он не стал мне противоречить.

— Вы пропустите нас всех, — сказал Перлман, — или дорого заплатите.

С другой стороны фургона послышался голос:

— Засунь это дерьмо сам знаешь куда.

Обернувшись, мы увидели, как к нам приближался невысокий, но грозного вида латинос. Он обращался к Перлману:

— Лезьте в машину, мистер Всемогущий, и не мешайте нам делать свою работу. — На его бейджике значилось: ХУАН.

— Что здесь происходит? — сказала женщина.

Мы обернулись и заметили мужчину и женщину футах в двадцати позади Джеффа Перлмана. В них было что-то знакомое, но из-за ветра и дождя я не мог понять, кто это.

— Уилл Берджесс? — спросила женщина.

Я кивнул, увидев Криса у них за спиной.

— Ты не видел Ребекку или Брэда?

И тут все сложилось. Конечно. Это были Рэлстоны, их родители.

То, что случилось затем, поглотило все прочие мысли.

Крис был на полпути между Рэлстонами и мной и вдруг замер. На его лице проступил ужас.

— Э-э-э-э... это что?

Он смотрел вверх, туда, где был припаркован грузовик. Третий работник стоял в поднятом ковше, видимо осматривая столб и присоединенные провода, но Крис глядел не на него — на монстра в ветвях ближайшего дерева.

Электрик не видел его вовсе. Он углубился в работу и не замечал подкрадывавшейся опасности. Я поразился, какими грациозными были движения чудовища, каким гибким было его тело.

Монстр был в десяти футах от парня в подъемнике.

— Э-э-э, Ларри? — позвал здоровяк.

Ларри не обернулся.

— Вот дерьмо, — пробормотал Хуан. Облизал губы и заорал: — Ларри! Убирайся оттуда!

Ливень был таким сильным, что я не думаю, что Ларри различил слова напарника, но он уловил тревогу в его голосе и обернулся, вглядываясь в серый день. Приложив ладонь к уху, он закричал:

— Что?

— Отъедь оттуда, — пробормотал здоровяк Хуану.

— Не могу, — ответил Хуан. — Установлены крепления.

Я присмотрелся и увидел, что это правда. Белые клешни выступали с обеих сторон грузовика, чтобы он не перевернулся, пока ковш на высоте.

Тварь была в пяти футах от Ларри.

— О боже, — сказал Крис.

Он глядел, открыв рот от ужаса, на что-то справа от меня. Проследив за его взглядом, я увидел еще двоих тварей на опушке леса.

Они наблюдали за нами.