Большое Гнездо – громадный лесной город. Сотни квадратных километров огромных деревьев усеяны косыми ткаными жилищами народа Порции. Они постоянно расширяются и перестраиваются по мере того, как тот или иной дом добивается успехов или приходит в упадок. Величайшие кланы пауков живут на среднем уровне: они защищены от капризов погоды, но достаточно удалены от презренной почвы, где самкам, не вошедшим в группу, приходится сражаться за пространство с роем полудиких хищных самцов. Между домами располагаются мастерские ремесленников, которые производят все уменьшающийся ассортимент тех предметов, к изготовлению которых не удается приспособить специально выведенных муравьев, студии художников, которые ткут, плетут и сооружают изящные узловые тексты, и лаборатории ученых, работающих в паре дюжин направлений. Под землей, среди корней, ползают связанные друг с другом команды муравьев, причем каждое гнездо выполняет свое особое задание. Другие, более крупные муравьиные гнезда расходятся во все стороны за пределами города и заняты производством древесины, горным делом, выплавкой и промышленным производством. И порой войной. Каждая муравьиная колония в случае необходимости вспоминает, как надо сражаться с чужаками, хотя Большое Гнездо, как и его соперники, имеет и специализированных солдат.
По дороге в Храм Порция чувствует, как фрагменты текущих дел встают в ее разуме на место. Да: возникали новые трения с соседями Большого Гнезда. Меньшие гнезда – Семь Деревьев, Речной Каньон, Горящая Гора – снова испытывают на прочность границы территории, завидуя территориям города Порции. Скорее всего, будет новая война, но ее результат Порцию не тревожит. Для грядущих сражений ее сторона сможет собрать гораздо больше муравьев – и их конфигурации будут гораздо более удачными.
Внушительные размеры Большого Гнезда потребовали создания системы общественного транспорта на верхних уровнях. Центральный храм, где властвует Порция, находится на некотором расстоянии от места ее линьки. Она знает, что перевозка разных вещей – это удел Бога, а в число беспокоящих, трудных для понимания планов Бога входят различные способы перемещения с места на место на большой скорости, но пока ни одному дому или городу не удалось осуществить хоть какой-то из этих планов. Тем временем пауки нашли свое собственное решение, хоть и стыдливо сознают его ущербность по сравнению с Божественным Планом.
Порция садится в цилиндрическую капсулу, подвешенную на толстом плетеном канате, и та на огромной скорости несет ее по древесному великолепию, в котором она живет. Движущая сила отчасти берется из шелковых пружин (достижение макроинженерии на основе самой структуры паучьего шелка), а отчасти – из искусственно выращенных мышц, безмозглого куска сокращающейся ткани, проложенного по спинному ребру капсулы и бессмысленно передвигающегося все дальше и дальше: такая мышца имеет высокий коэффициент полезного действия, способна самовосстанавливаться и неприхотлива в питании. Большое Гнездо создало сложную систему таких пересекающихся капсульных дорог, паутину внутри паутины, так же как и еще одну, из нитей вибрационной коммуникации, которые протянуты повсюду, поскольку невидимые пути радиоволн Храм жестко монополизировал.
Вскоре Порция уже входит в Храм, тщательно отслеживая реакцию всех, кого там видит, вынюхивая возможных соперниц.
«Какова позиция Посланника?» – спрашивает она.
Ей отвечают, что голос Бога сейчас в небесах, хоть и невидим из-за дневного света.
«Дайте мне с Ней говорить».
Младшие жрицы убираются с ее пути немного обиженно: ведь целый месяц здесь всем заправляли они. Старый кристаллический приемник неуклонно совершенствуется с того момента, как послания Бога стали понятными: это стало первым уроком Бога, и одним из самых успешных. Теперь это сложное устройство из металла, дерева и шелка, которое служит центральным узлом огромной и невидимой паутины вселенной. Эта паутина объединяет все подобные установки, позволяя Порции говорить напрямую с другими храмами через полмира, и говорить с Богом, слыша Ее слова.
После того как Бог начала разговаривать, великие умы нескольких поколений трудились над тем, чтобы наконец выучить божественный язык – или, возможно, сторговаться с этим языком, встретив понимание Бога на полпути. Даже сейчас определенная часть того, что говорит Бог, остается чем-то, что ни Порция, ни кто-то еще не могут понять. Однако все это регистрируется, и порой особенно проблемный кусок писания поддается усилиям более поздних богословов.
Однако постепенно предшественницы Порции налаживали связь с божеством – и таким образом была поведана история. В результате этого народ Порции получил миф о творении на довольно позднем этапе развития своей цивилизации, после чего их дальнейшая судьба стала диктоваться существом, чья мощь и происхождение недоступны их пониманию.
