— А что насчёт прибавления в рядах вашей армии? — в очередной раз подала голос Роза, заставляя меня мысленно выругаться. — С того дня, как умер Паймон, не прошло и года, но численность ваших войск увеличилась… на сколько же… на тридцать процентов. Многим это кажется подозрительным.
— Я повторюсь, но… боги, как же мне льстит ваше внимание к моим личным делам! — с фальшивым воодушевлением ответила я. — Удивительно только, что при такой осведомлённости, вы не знаете о причинах пополнения моего клана. Во-первых, к моменту смерти Паймона Децема понесла большие человеческие потери в военном конфликте. А во-вторых, ранее Паймон и его клан были независимы, и не были обязаны каждые полгода предоставлять Нойран новых, обученных бойцов. Так что «прибавление», о котором вы говорите, свидетельствует о безукоризненном выполнении обязанностей, а вовсе не подтверждает глупые слухи о моём намерении пойти против отца.
Для усиления эффекта собственных слов я заглянула в глаза Иберии, обнаружив там всё тот же безжалостный холод. Что сказать, он занимал место босса Нойран чёрт знает сколько времени и научился не доверять никому. Думаю, поверить мне не заставил бы даже реальный факт нашего родства, а так… В тот момент, сидя напротив, я с каждой секундой всё сильнее утверждалась в мысли, что я для него никто. И если я навлекла на себя подозрение, оправдываться уже не стоит труда.
— Неужели, — бросила легкомысленно Роза, взмахнув длинными ресницами.
Наша беседа (допрос) длилась около часа. Выискивая всё новые «доказательства» моего «преступления» и упоминая о них вскользь, Иберия и его любовница забавлялись моими хилыми попытками оправдаться, даже в этом (в естественном желании обелить себя в глазах отца и господина) видя мою вину.
Но, как оказалось, главное испытание на прочность Иберия припас на десерт. Униженная и растерянная, я смотрела на него с немой мольбой просто в очередной раз мне поверить и прекратить уже этот проклятый спектакль. И, казалось, он сжалился надо мной.
— Выйди, милая, — обратился он к своей юной пассии, скользнув рукой по ее обнажённой спине. — Мне нужно поговорить с Элой по-взрослому.
Самое, мать его, время, подумалось мне.
Мы проследили всю траекторию неспешного приближения Розы к двери. Иберия с восхищением, я — мысленно умоляя её пошевеливаться. Почему-то мне казалось, что её присутствие — та единственная преграда, которая не даёт нам с отцом найти общий язык. И теперь, когда она устранена…
— Подойди, — потребовал Иберия, поднимаясь со своего места.
На его лице не читалось никакое намерение, потому для меня было настоящим сюрпризом то, что произошло через минуту. Шаги Розы утонули в тишине коридора, и я покорно подошла к венценосному гостю, заглядывая в чёрные глаза, спокойные и жестокие. Они заставили меня вспомнить Индру и почувствовать себя виноватой.
Обрушившийся на лицо удар едва не сбил меня с ног и был таким неожиданным, что я не сдержала вскрика. Этот жалкий, непрошеный звук вынудил Лайза, стоящего за дверью и сходящего с ума от скуки, влететь в комнату. Кажется, телохранитель не сразу разгадал суть ситуации. Его расширенные глаза следили за тем, как я неуклюже стираю кровь, вытекающую из распоротой кольцом губы.
— Уйди, — бросила я, стараясь на него не смотреть.
Лайз не сдвинулся с места, и я мысленно изрекла проклятье. Чёрт его дери, Псих решил показать Иберии, что меня не слушается даже собственный телохранитель?
— Исчезни, чтоб тебя, — прорычала я сдавленно, кидая в сторону мужчины колкий взгляд.
— Босс, — ответил глухо он, отходя к двери. Не сводя глаз с Иберии.
— Не заслужила, — обратилась я к отцу, когда мы остались наедине.
Ответом на моё заявление стал новый удар, сильнее предыдущего. Упасть мне не дала вцепившаяся в ворот одежды потертая временем рука.
— И ты ещё смеешь смотреть мне в глаза! — взревел глава Нойран, встряхнув меня.
В тот момент, когда наши взгляды вновь встретились, я поняла, что ещё никогда не видела Иберию таким откровенно, неприкрыто взбешённым. Его сдержанность была по-королевски нерушимой. Что могло так разъярить его теперь? Моё предательство? Подумав так, я ошиблась. Я — не тот фактор, который может вывести из состояния равновесия босса Нойран настолько.
— Если бы он погиб, тварь… если бы тебе удалось… я бы тебя по стене размазал! Скормил бы тебя псам! — тряс меня Иберия, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. — Долбаная шлюха! Вот как ты меня благодаришь?!
— Я понятия не имею, о чём…
Больно, чёрт его дери.
Проглотив кровь, я едва нашла в себе силы посмотреть на него снова.
— Твои шестёрки… эта несмешная пародия на наёмных убийц… да как ты, сука, посмела пойти против него?! Против меня?! — Иберия задыхался, а его глаза налились кровью. Он напоминал мне бешеную собаку, на которых я успела насмотреться в своё время. — Благодари богов за то, что твои люди оказались такими слабаками.
Сложив обрывки его слов в общую картину произошедшего, я почувствовала себя ещё более избитой, чем есть на самом деле.
