Заслышав, что синьор начал петь, мальчишка поморщился – не только оттого, что ему постоянно попадало по пальцам бритвой, которую Пирелли точил, но и оттого, что хозяин, как обычно, начал позерствовать и увлекся. Поглядывая на его абсолютно спокойного оппонента, Тоби уже понимал, что сегодня их не ждет ничего хорошего. Предчувствия не обманули мальчика, забывшись, купаясь в блеске своей славы, Пирелли сам не заметил, как проиграл. Оставшись посрамленным, он, как обычно, выместил злобу на слуге, пинком отправив его в шатер и с яростью взявшись за плеть. Тоби не кричал: он знал, что чем меньше раздражающих факторов будет вокруг, тем быстрее цирюльник успокоится, и порка прекратится, а потому мальчик терпел, плотно сжав зубы, чтобы не вскрикнуть ненароком. Его расчет оправдался – не прошло и пары минут, как Пирелли выдохнул, отбросил плетку и вылетел из шатра, очевидно, направляясь в свою любимую таверну. Это Тоби понял по тому, что синьор захватил с собой свой любимый “праздничный” темно-красный кошелек, украшенный золотыми бусинами.
Мальчик аккуратно поднялся, медленно снял надоевший пиджак, теперь липший к спине, и прилег, стараясь отдышаться. Кажется, на сегодня его рабочий день был закончен.
Впрочем, для мальчика не оказалось неожиданностью то, что история на этом не закончилась, и всего через несколько дней они нанесли визит мистеру Тодду. Синьор Пирелли, оставив мальчика у его соседки, той самой женщины, что была с Тоддом на ярмарке, поднялся наверх. Тоби, проводив итальянца взглядом, последовал за женщиной, и, едва усевшись, с благодарностью принялся за протянутый ему пирог. Последние несколько дней его хозяин постоянно пребывал в дурном расположении духа, а потому Тоби почти не ел с того злополучного дня на ярмарке, и даже пироги, явно слепленные из Бог весть чего, казались ему райским лакомством. Вдобавок, от женщины разило уютом, даже несмотря на то, что и она, и ее пекарня выглядели весьма неряшливо. Расслабившись, Тоби разговорился с ней и даже стянул парик, жалуясь на то, как в нем бывает жарко. Хозяйка пекарни только хмыкнула, многозначительно поглядев на потолок, и Тоби, уже прекративший жевать, поймал себя на мысли, что он еще не знает имени доброй пекарши. Однако спросить он не успел, потому что эти мысли тут же вытеснила новая, только теперь пришедшая на ум: синьору Пирелли пора было к портному, встреча с которым была запланирована заранее. Синьор не любил опаздывать, а потому, если такое случалось, виноватым оказывался слуга, забывший напомнить хозяину о времени.
Мальчик вскочил и бегом бросился в цирюльню, но синьора Пирелли там не оказалось. Мистер Тодд, наливавший себе чай, спокойно заявил, что синьор уже ушел, а затем начал спроваживать его обратно к миссис Ловетт. А, вот как ее звали.
Мальчик качал головой: он прекрасно знал, что синьор очень вспыльчив, а его, Тоби, спина еще не зажила после последних упражнений, а потому он стойко боролся с соблазном послушаться Тодда и вернуться в пекарню, но мужчина, видимо, понял его сомнения, поэтому, слегка усмехнувшись, он негромко произнес:
–Вот что, сынок, спустись-ка к миссис Ловетт и передай ей, что я просил ее налить тебе хорошую кружечку джина.
Тоби просиял – как и всякий мальчишка, он считал алкоголь чем-то, что пьют взрослые, сильные мужчины, хотя сам был привычен к нему с детства, проведенного в работном доме. К тому же, алкоголь неплохо согревал, а потому, привыкнув жить у Пирелли, мальчик никогда не отказывался от глотка вина, которое пил итальянец (и к которому мальчишка обычно прикладывался тайком) да и от чего-нибудь привычного и более крепкого тоже.
– Спасибо, сэр! – радостно вскрикнул он и умчался вниз. Миссис Ловетт, услышав его просьбу, покачала головой, но за джином пошла, и, вернувшись со стаканом и бутылкой, налила юнцу немного. Тоби взялся за стакан, чувствуя, как обжигающая жидкость спускается по горлу, согревая.
– Полегче, полегче, – попыталась остановить его миссис Ловетт, – так и захмелеть недолго.
– Я привычный, мэм, – пожал плечами мальчик, – в работном доме нас поили, чтобы мы спали лучше. Без этого там уснуть непросто – в темноте такое случается!
– Как мило, – протянула женщина, – вот что, пойду-ка я загляну к мистеру Тодду, а ты побудь здесь.
– Бутылку оставьте, – просто попросил Тоби, допивая джин из стакана. Миссис Ловетт бросила на него странный взгляд, но бутылку оставила и ушла. Стоило двери закрыться за ней, как мальчишка радостно взялся за бутылку, уже не заморачиваясь со стаканами. Как он потом оказался в гостиной пекарши, он не помнил, может, хотел отнести бутылку на место, или просто стало любопытно, как она живет? Так или иначе, там он и отрубился, а проснувшись на следующий день, узнал, что синьор Пирелли оставил его здесь и ушел, поэтому теперь мальчик станет работать у миссис Ловетт в ее пекарне. Не то, чтобы он возражал, впрочем. Потеря истеричного, вздорного хозяина не слишком огорчила Тоби, и он с радостью взялся помогать доброй миссис Ловетт.
***
