Вечером к другу зашёл Салим. Узнав новость, он немного остудил Кадима. Оказывается, всё не так просто. На этой должности, как сообщил Салим, побывали уже почти все одноклассники Кадима, и не только они. Это – очень скандальная должность. Вести учёт работы трактористов очень сложно. Во-первых, надо уметь высчитывать площадь тех полей, где работали трактористы. А поля далеко не квадратные, и даже не прямоугольные! Попробуй, правильно измерь изогнутые стороны поля какой-либо сложной формы! А потом высчитай площадь! Тут профессором надо быть, а не с тремя классами образования, как одноклассники Салима! А ошибиться нельзя – речь идёт о зарплате! Пострадавший от твоей ошибки тракторист разорвёт тебя на мелкие кусочки! «Злые они, и много о себе воображают! – рассказывал Салим. – Как же! Они же – трактористы! Пупы земли!»
Ещё Салим предупредил, что с горючим надо быть очень осторожным. Его всегда тратится больше, чем рассчитано. Понятно, что трактористы используют трактор и по своим нуждам, или шабашничают, а горючее на эти дела никто не выделяет. Трактористы будут пытаться заставить его выдать больше, взять нахрапом. Будут наговаривать, что Кадим не додал, или будут пытаться склонять его к преступлению, чтобы меньше указал. Тут тонкостей много. Надо вести чёткий учёт, не поддаваться на провокации. Требовать, чтобы всегда расписывались, получая солярку или дрова для трактора.
Салим всё говорил и говорил, а Кадим задумался. Что же с ним будет? Подсчитать площадь любого поля он сумеет наверняка, и определить объём горючего в бочках – тоже. А вот удастся ли избежать стычек с трактористами? При первой же малейшей оплошности сразу же все вспомнят, чей он сын, обвинят во вредительстве и …И что? Пойти и отказаться от этой должности? Это невозможно, потому что наверняка ему больше ничего не предложат. Значит, надо идти и работать. Значит, оплошностей не должно быть! Кадим их не допустит!
Встав рано утром и попив водички с хлебом, Кадим пошёл на работу. Так начались обычные будни. Стал вникать в тонкости работы. Трактористы и все колхозники присматривались. Кадим вёл себя скромно и спокойно. Он собирался работать на этой должности долго, поэтому первым делом решил составить подробную карту полей колхоза. Такая карта была, ему дал счетовод. Но она была очень условная, кое-как начерченная. Такая карта Кадима совсем не устраивала. Надо было составить свою, правильную, точную, с указанием размеров площадей. И Кадим с энтузиазмом приступил к работе.
Первым делом Кадим стал измерять края полей землемерным циркулем в любой свободный час, когда не был занят основными обязанностями. Этот инструмент он попросил у счетовода. В колхозе называли его просто «сажень». За день пробегал много километров, добираясь до нужного поля с саженем в руках и со своей школьной букчой на плече. Проходить по краю поля с саженем, рукой бесконечно вертя верхушку, чтобы сажень «шагал», было утомительно. Уставал так, что к вечеру глаза слипались. К тому же, в первый же день к вечеру у Кадима на руках появились огромные водянистые волдыри. Его руки привычны к лопате, к топору, ладони уже давно в мозолях и не волдырятся при работе с этими инструментами. А сажень был новым и непривычным инструментом, он натирал в самом центре ладони, где кожа тонкая и нежная. На следующий день кожа с волдырей слезла, под ними образовались язвы, но Кадим продолжил работу, обмотав ладони тряпкой. Боль стала меньше, но не прошла.
Несмотря на эти мелкие неприятности, Кадим чувствовал себя превосходно. Эта работа по составлению карты ему была по душе! Очень нравилось считать, высчитывать, чертить, напрягать мозги, чтобы узнать площадь какой-либо сложной фигуры. Кроме того, Кадим мечтал о том дне, когда он сделает очень подробную и точную карту, по которой посчитать объём работы колхозников не составит большого труда. И, вообще, колхозу такая карта просто необходима!
Постепенно колхозники привыкли, что где-то там, вдалеке, по краю поля с землемерным саженем в руках, крутя его, шагает человек. Если к нему подойти близко, он, будучи очень занятым, на встречного не обратит никакого внимания, или же слегка кивнёт и продолжит что-то бормотать себе под нос. Это он считает про себя метры. Некоторым занятие Кадима казалось странным. Зачем ему это надо? Некоторые зауважали – надо же, какой настырный! И не лень ему! Колхоз за эту работу – за составление карты, ему всё равно ничего не заплатит. Ему заплатят только за работу учётчика тракторной бригады. А ему всё нипочём – знай себе ходит с саженем по полям! А ведь труд-то, труд-то какой! «Блаженный он какой-то, похоже!» – судачили некоторые между собой. Тут же кличку дали. «Землемер».
